Однако меня похоже и Макс понимает. Мут с задумчивым видом потерся головой о плечо, а потом прилёг. Умный взгляд, так не похожий на звериный, сосредоточился на мне. Охотник ща головами тоже это заметил.

— Так что там насчёт среды обитания? — Стрелок присел на лестницу, положив руки на колени. — Ты чего вдруг так замолчал?

Чëрт побери, ну вот опять мне моя аналитическая жилка покоя не даёт. Мысли снова улетели в какие-то дали. Притом дел много ещё: собрать эотулы знающих на площади, поговорить с Хауфи, что живёт в башне, встретить Тэй.

— Да кое-что понял. Не важно. Второй элемент контроля — базовые потребности живого существа.

Чего это мут и охотник за головами так переглянулись? Что я такого сказал? Ну, они по крайней мере друг на друга уже не смотрят нехорошо.

— А если простыми словами сказать? У меня, конечно, прекрасное домашнее образование, диплом военного училища, но не университет. У мута, то есть Макса, та же ситуация. Поправьте меня, если не так?

Макс поворачивает голову к Стрелку и кивает. Замечаю, что и самки химер за моей спиной встали и слушают. Эти дамочки явно отличались от тех их соплеменников, что помогли мне победить группу Тилы. А меня… В голове всплыло выражение, что некоего Остапа понесло.

— Базовые потребности — это всё то, что нам нужно для жизни. Еда, одежда, воздух лекарства, сон и даже общение — это всё они.

— Я не люблю общаться. — Стрелок достал из плаща что-то вроде кисета и развязал тесемки. — Тот, с кем ты только что говорил, может тебя убить.

— Вот потому кроме ограничения памяти, в оболочки зашиты ограничение на восприятие цветов, а также запрет на родной язык. Точнее его никто не помнит, а письменность и язык Таната искусственные. Это не наречие дрегов, а специально созданный для их рабов язык.

— Говнюки, — припечатал Стрелок, высыпая на ладонь некие семечки, обёрнутые чем-то вроде водорослей. Они напоминали те зеленые бобы, которыми я кормил зомбированного Дриса. Не люблю этот момент.

— Согласен. После этого разам перестроили пищеварение. Мясо только сырое и организм его отвергает. Если его не модернизировать, конечно. На одних водорослях и грибах не проживешь, потому жители Таната привязаны к городам и их тельмахам. Далее искусственное ограничение жизни оболочки. Несколько оборотов. Не знаю, как у тебя, но у нас и собаки, если перевести меры времени, живут дольше. То есть разы только ради выживания будут работать за еду.

— Согласен, есть такое, — кивает ковбой, бросая в пасть кусок рациона в водорослях. Чуть подумав, он протянул мешок Максу, а тот подставил лапу. С неё он их и ел. Умный он.