К вечеру первого дня мы достигли границы наших самопровозглашенных владений. Граница была обозначена небольшим ручейком ключевой воды, и за него мы, как правило, не заходили. Мы пришли сюда согласно плана, так как рядышком была выкопана землянка, в которой обитала группа выживших. Те еще были чудаки, прямо как сектанты, жили обособленно, вроде мирные, ни с кем враждовать не хотели и о защите не беспокоились. В итоге зимой их волки разорвали и поселились в землянке. Но мы их зачистили, землянку прибрали себе и использовали как очередной схрон и опорный пункт.

За первый день мы прошли порядка сорока километров по лесу, что вполне приличный результат. Есть особо не хотелось, мы по дороге собирали лесные ягоды и сразу уплетали их. Так что помылись в ледяной воде, попили чая и на боковую, а с рассветом плотный завтрак и снова в путь.

К обеду второго дня мы вышли к некогда федеральному шоссе. Широкое дорожное полотно выглядело удручающе, обочины заросли молодыми деревьями и высокой травой, и даже в его выбоинах уже колосились маленькие саженцы. Да уж, природа быстро стирает напоминания о человечестве, еще пару лет и тут вообще дороги видно не будет. О людях сейчас только напоминали обглоданные белые кости, что валялись то тут, то там, где череп, где кисть, а где таз. Присмотревшись к дороге и ее окрестностям, каких-либо следов мы не заметили, что успокаивало. Но ложку дегтя вносила мертвая тишина, на улице был полный штиль, оттого и листва не шелестела, ни одна птичка не желала издавать ни звука. И это все немного нервировало, мы сейчас словно были в полном вакууме, где звуков быть не может. Неспешно мы зашагали вперед, постоянно оглядываясь по сторонам, то и дело казалось, что за нами кто-то следит и вот-вот нападет.

Постепенно чувство тревоги спало, и мы немного расслабились, шагая по разбитой дороге, темп у нас был хороший. Все же это не лес, тут нет высокой травы, густых зарослей кустарников, а только дорога и хорошая видимость. Через два часа наткнулись на деревню, точнее то, что от нее осталось. Из-под густой травы выглядывали рассыпающиеся на крошку бетонные фундаменты домов и куски полуразрушенных кирпичных печей. Было очевидно, что ловить нам там нечего, так что мы просто постояли, посмотрели и пошли дальше.

— Ты слышишь? — остановил меня Малой, и я мгновенно замер на месте, перехватив поудобнее автомат, затем я прислушался к тишине, но ничего не услышал.

— Ничего не слышу. — шепотом ответил я, но Серому я доверял как себе, поэтому не сомневался в нем.

— Там. — ответил он и указал направление на правую обочину, в место, где лежало три поваленных дерева.