— Обязательно, но потом, — фыркнул я. — Поговорим о делах.
— Я сразу понял, зачем ты захотел встретиться и да, ты прав. Я могу оказать тебе поддержку в этом деле.
— Ну, я не был уверен, — пожал я плечами. — Ты выражал свою неприязнь к ней вполне открыто, но между оппозицией и предательством довольно большая разницы…
— Она сама предала клан первой, — фыркнул вампир. — Она не просто приняла неписанные правила Дункельхейда, она, фактически, была их автором… Именно благодаря ей в городе за все время родилось только три Лорда — два тут же умерщвленных, один изгнанный, хотя следовало бы наоборот… Может она и была когда-то великим героем, но сейчас от этого ничего не осталось. То, что ты еще жив — прямое тому доказательство.
— Поясни, — я невольно поднял бровь. То, что она могла бы нас убить не означает, что она успела бы нас догнать… Все же от места, где нам обнаружили фамильяры до ее Башни немаленькое расстояние.
— Телепортация. Предмет, способный поставить метку, фамильяр вполне способен нести, — напомнил вампир очевидные, но забытые нами вещи. Как показал нам Захрис, на нее вполне способен и шестой ранг, просто само заклинение головокружительно сложно… — Более того, у нее есть средства и для телепортации применением Крови, при этом фамильяр сам может служить меткой. Вот только ощущения от такого крайне неприятные, слишком уж нечетким получается «маяк»… Нарцисса триста лет назад сочла бы это приемлемым. Нарциссе сейчас «невместно подвергать себя неудобствам ради низшего существа».
Последняя фраза, казалось, сочилась ядом… Гаурун, похоже, испытывал к Нарциссе не просто ненависть. К его чувствам примешивалось и разочарование, потому что он помнил, какой она была и знал, какой она может быть… Но более не желает.
— Вот значит, почему ты считаешь, что у нас могут быть шансы, да? — протянул я.
Нарцисса, как и я, была ветераном войны, и у нее не было недостатка в опыте. Она превосходила меня в силе, накопленных навыках и знании местности, которая была, скорее всего, специально ей подготовлена…. Во всем, по сути. Весь наш поход, по трезвому размышлению, должен быть обречен на неудачу, и мы продолжали его лишь потому, что более реалистичных вариантов у нас не было. Но если она настолько ослеплена своим высокомерием…
— Именно. Нарцисса стала недостойно трона, который занимает.
— А ты его хочешь отнять?
— Нет. Меня не интересуют такие вещи. Все чего я хочу это самостоятельно решать свою судьбу и вытащить своих подчиненных из этого тлетворного влияния Королевы. Ты не представляешь, какое унижение я испытываю каждый раз, когда очередной достойный боец становится таким же, как мой бывший ученик Бенедикт. Тот был действительно достоин, но близость так желаемых вечных удовольствий и безнравственных развлечений соблазнили его. И он далеко не первый случай.