— Поэтому ты… и избавился даже от своих соратников…
— Артика не умела сидеть спокойно и начала интересоваться, чем я был занят во время битвы с войском Избранного. И узнала о содеянном, потому от нее пришлось избавиться. Благо это удалось замять, а вот с Захрисом сделать все тихо не получилось. Но мне повезло, что старый друг был затворником без значительного политического влияния, и был просто неспособен обратить Пролатуса против меня. Попытку же физического нападения было легко обставить как простой дележ власти… К сожалению, у него, в отличие от Берита был должный уровень паранойи, и, без знания расположения его филактерии, мне пришлось просто запечатать его.
— Предатель…
— Я никого не предавал. — почал тот головой. — Я с самого начала преследовал исключительно свои цели и примкнул к Бериту только по этой причине. Когда я понял, что он уже не выиграет, то решил, что пора заниматься своими делами. Так я и поступил. Стал Дьяволом, создал эту марионетку в виде дракона, обеспечил существование города. И все отлично работало триста лет.
— Ты… не сможешь стать… завладеть всем…
— Бессмыслица. Меня не интересует Трон. Меня больше не интересует и Дункельхейд. Меня даже тот огрузок моей души в филактерии не интересует, ведь большая её часть уже здесь.
Он взмахнул рукой, и туловище Аварума поднялось в воздух и медленно подплыло к нему.
Словно яичная скорлупа оно раскрылось, и оттуда вылетел крупный кристалл.
— Вот моя настоящая филактерия…
Он коснулся рукой своей части души и яркий свет вспыхнул, а затем форма лича начала меняться.
Архейн загорелся пламенем и синие, красные и оранжевые языки огня сплелись воедино и образовались во что-то на подобии пальто или шубы с широкими рукавами, из которых были видны его костяные руки. Голова парила окутанная светом и покрылась кристаллической коркой.
Белый свет горел из его пустых глазниц и пульсировал мощью, которая заставляла даже Лордов напрягаться, чтобы не быть раздавленными силой настоящего Дьявола.
—Вот мой истинный облик, — произнес тот. —Больше нет нужды в притворстве и играх. Как только я заберу Парадокс себе, то исполню задуманное.
— Ты… не Повелитель, — прорычал я, пытаясь вырваться.
— Ха-ха-ха-ха! Да я и не хочу им быть! — рассмеялся… Узурпатор мудрости Данталион. —Меня не волнует эта мелочь… Я устремлен куда выше… к титулу Бога!
— Бог⁈
— Быть «богом» это не просто бессмертие, но и последователи, что питают тебя безграничной силой. Как только я соберу все необходимое, то возвышусь, а затем устремлюсь к бесконечным тайнам космоса!