Пока Тревор думал о своих проблемах, то не замечал моей подготовки.
Это и позволило мне победить.
Именно так я всегда побеждал тех, кто сильнее меня. Не забалтывая их до смерти, нет, но находя слабость и используя её по максимуму. Ведь человек всегда будет уступать монстру, а потому для выживания и победы нужно искать пути.
— Так… вот она… какова… сила самого… Орландо Буревестника… — прохрипел Басараб. — Я… впечатлен… хотя… не похоже… что этого было… достаточно для победы… над лордом Заганом…
— Я был сильнее, чем сейчас, — спокойно отвечаю ему.
— Страшно… представить… чем ты станешь…
Он лежал на земле с пробитым тазом и торчащим из подмышки копьем и постепенно сдавался святой энергии внутри него.
— Эй… Кха-ха!… Орландо… А с чем бы ты… Кха! Сравнил… любовь…? — спросил он.
Пару секунд я думал над его словами, а затем выдал тот ответ, что мне когда-то дала та кого я любил:
— С лягушками.
— Кха! ЧТО⁈ — он даже на миг забыл, что умирает и с недоумением посмотрел на меня. — Лягушками⁈
— Да, — пожимаю плечами. — Любовь — это не стеснятся вместе сидеть на кувшинке и квакать.
Несколько секунд он смотрел на меня, а затем начал хохотать:
— Ха-ха-ха-ха! Такое сравнение мне и в голову не приходило!
Он с трудом достал свой блокнот.
— Но… звучит… неплохо….
Все силы оставили его, и он затух, а после его тело начало рассыпаться, даже его броня, что была привязана к его сущности исчезала вместе с мечом и щитом. Только блокнот остался, который я поднял с земли и положил поближе к его пеплу.
— Прощай, Тревор Басараб, — произнес я. — Ты был достойным противником. Надеюсь, на том свете ты обретешь свою настоящую любовь.
Я почти ничего не чувствовал по поводу этого боя.
Мне было жалко убивать Алека, но с Тревором каких-то особых чувств не было. Он был просто хорошим воином, которого я не мог не уважать. И такое же уважение он проявлял ко мне. Чего уж там, если бы не его желание отдать должное противнику беседой, я бы, скорее всего, и не выиграл…
— Кошмар…
Опираюсь на ближайший обломок стены.
Неслабо мы тут разнесли все вокруг.
— Ор! — ко мне тут же подбежали друзья и помогли устоять на ногах. — Держись.
Врага-то я может и победил, но это не значит, что кто-то другой не придет сюда. Так что нужно быть на стороже. Броня сильно пострадала, придется чинить её. Вряд ли еще один настоящий бой выдержит, но, пока ничего лучше у меня не имеется. От щита ничего не осталось, он окончательно рассыпался и теперь другу нужно делать другой, но сейчас не до этого.
— Я в порядке, — сказал я.
Гвен и Мерли не выглядели убежденными, но все же перестали дергать меня.