Этим хаосом воспользовался Симон. Видя, как много вокруг нас стало битой посуды, бутылок и остатков еды, он просто поднял небольшой ураган и направил всё это прямо на врагов. Воздушная воронка подхватила куски запеченной утки, горы риса, обломки фарфора и осколки нефритовых кубков.

Ни о каком серьёзном ущербе говорить, конечно, не приходилось, но подобная атака отлично дезориентировала всех, кого настигали летящие обглоданные кости и сочные фрукты или бутылки с вином, которые разбиваясь об энергетические щиты, заслоняли обзор красными брызгами.

Симон устроил весь этот тарарам на первый взгляд без всяких внутренних колебаний. Но скоро стало ясно, что это не так. Хотя он использовал уже испорченную до него еду, но всё равно с сожалением смотрел на разнесённые блюда.

— Лучше бы мне пришлось этим полакомиться… — расстроенно пробурчал он.

Ольга, похоже, была с ним солидарна. Моя внучка никогда не отказывалась вкусно и сытно покушать, особенно после того, как поняла, что, благодаря магическому дару, её организм перерабатывает пищу гораздо быстрее, чем калории успевают отложиться там, где бы она не хотела их видеть.

То, что хозяева сами по собственному желанию уничтожили стол с роскошным застольем, чтобы им было проще и легче вести бой, закономерно привело её в ярость.

— Да этим можно было накормить не только тебя, Симон, — крикнула она моему ученику, — а целый отряд гвардейцев!

Внучка сейчас уклонялась от летящих в её сторону стальных нитей и одновременно с сожалением поглядывала на карамелизированную утку в медовой глазури, теперь валяющуюся среди обломков дорогого стола.

Особенно её расстроили пропавшие даром экзотические фрукты, какие-то невероятно ароматные плоды с фиолетовой кожурой, и переливающиеся всеми цветами радуги желе в хрустальных пиалах.

Не говоря уже о том редком вине в нефритовых кувшинах, которое теперь растекалось красными лужами по мраморному полу.

Впрочем, возмущение не помешало ей сосредоточиться на битве. Мощный теневой щит, который она активировала ещё в начале схватки, отражал атаки противников без каких-либо серьёзных проблем.

Дед же просто методично расправлялся с ближайшими к нему врагами, вот уж за кого я беспокоился меньше всего. Даже если каким-то чудом кто-то сумеет повредить его нынешнюю телесную оболочку, мы всегда сможем возродить его обратно, пока существует филактерия.

Так что, убедившись, что Симон с Ольгой прекрасно справляются без моей помощи, я не спускал глаз с Нгуена.

И оказалось, что тот вовсе не горит желанием сражаться с кем-либо в ближнем бою.