— Не получится, — покачал головой дед. — Тут для визуализации эффект Кирлиана используется. А это и высоковольтное напряжение, и газоразрядная камера, которую принципиально не уменьшить, да и высоковольтный трансформатор на микросхемах не сделаешь. Высокое напряжение в принципе не очень компактно, попробуешь уменьшить — получишь пробой диэлектрика. Портативные рамки, как в аэропортах, существуют, и они работают именно как детекторы, что нам и нужно. Но и в них начинки — как в старом ламповом телевизоре. Ну и энергопотребление — от батарейки такое не запитаешь.

Прошёл ещё час. На столе громоздились бесполезные схемы и пустые кружки из-под кофе. Энтузиазм улетучился. Мы пытались построить мост между нематериальной душой и грубой электроникой, и мост этот выходил либо просто громоздким, либо громоздким и к тому же золотым.

— Стоп, — я поднял руку, прерывая очередной вялый спор. — Давайте отойдём назад. Как ты, дед, учил? Идеальная система та, которой нет, а её функция выполняется.

— Продолжай, — с деда усталость как ветром сдуло.

— Давайте выстроим всю цепочку, — я взял маркер и принялся рисовать. — Артефакт с вживлённой душой, в принципе, это может быть серебряная монета, или кольцо. Форма значения не имеет. Дальше у нас идёт наш чёрный ящик и… радиопередатчик с батарейкой.

Я дорисовал последний элемент и посмотрел на схему. Такое ощущение, что чего-то не хватает.

«А от чего питается сам артефакт?» — раздался в голове голос Дили.

— Диля спрашивает, от чего питается сам артефакт, — продублировала вслух Яночка.

Я хлопнул себя по лбу. Ну точно! Вот чего не хватает! Когда носишь браслет на руке, сам его и подпитываешь. А тут у нас изолированный артефакт, который надо подкармливать…

— От разломного ядра, — я подрисовал красным маркером кружочек встык с условным изображением артефакта. — Он, конечно, не усвоит желеобразную составляющую ядра, но заряд энергии из него высосет. Только нужен непосредственный контакт.

— А он равномерно потребляет эту энергию? — нахмурилась Ариэль. — Это можно как-то отследить?

— Ядро же пропускает электричество! — вспомнил дед. — Это же полупроводниковый пьезоэлектрик!

Тут же был сооружён простейший детектор, состоящий из самого браслета, разломного ядра, кусочка фольги в качестве второго контакта и синей изоленты, которой фольгу вместе с ядром примотали к браслету. Подключили осциллограф и пустили через ядро слабенький ток, буквально несколько микроампер.

И стоило мне уйти в тень, как осциллограф выдал уверенный всплеск! И каждый раз, когда я двигался, причём неважно, в пространстве или менял глубину — осциллограф выдавал новый всплеск!