— Может, позвонить ему, сказать об этом? — неожиданно предложила Аня. — Гнев — плохой советчик в битве.

— Да там и без нас есть кому, — усмехнулся я. — Гляди!

На экране ацтекский жрец, до того занимавший позу на коленях жопой кверху, вдруг встрепенулся, полез под полы своего одеяния и достал обычный мобильный телефон. И судя по тому, как он после этого начал биться головой об камни — ему как раз сообщили новость.

Мусасимару щёлкнул пальцами, к жрецу подбежали, подхватили под белы… то есть красны рученьки и утащили из алтарного зала.

Вообще людей в зале было немало, и после взрыва алтаря ещё набежало. Можно даже сказать — яблоку негде было упасть. Но странным образом никто не подходил близко ни к Мусасимару, ни к Махиро. Вокруг обоих образовались круги свободного пространства. Придворные, токко, гвардейцы личной охраны императора, жрецы, телевизионщики — все стояли поодаль и переговаривались между собой, стараясь не смотреть в сторону Его Величества.

— Тебе портал-то ещё нужен? — напомнила о себе Лекса.

— Если сможешь быстро открыть снова, — подумав, ответил я, — то пока не нужен.

— Пусть повисит, — махнула рукой наша полубогиня, — открывать дороже, чем поддерживать.

Пока велись приготовления, японский канал сделал всё-таки «картинку в картинке», пустил бегущую строку, и знакомый голос Хасэгавы за кадром начал объяснять только что присоединившимся телезрителям, что же такое происходит в прямом эфире. Надо отдать ей должное, говорила она чётко и по делу, без оценочных суждений, хоть и дрожащим голосом.

А я присмотрелся к Махиро.

Та, поняв, что бой будет, но не сию секунду, успокоилась, убрала меч в ножны и уселась посреди храма прямо на дощатый пол. И, судя по всему, ушла в медитацию.

Только почему-то мне казалось, что я слышу её голос.

Да и проснулся я от чётко ощутимой тревоги. Но… не своей, вот в чём фокус. Ещё бы вспомнить, что мне снилось…

Я прикрыл глаза и потянулся мысленно к Махиро. Каково же было моё удивление, когда я чётко и без усилий её почувствовал! Как будто она напротив меня сидела, и я её за руку держал!

Прислушавшись к своим ощущениям, я понял, что между мной и Махиро есть какая-то связь. Нас связывала тонюсенькая энергетическая ниточка.

Вот только… я никак не мог связать нас этой нитью. Она вообще была односторонней, если можно так выразиться.

— Лекса, слушай, — открыв глаза, я позвал того, кто лучше в таких делах должен разбираться. — Посмотри, видишь вот эту нить?

Я захотел, чтобы она увидела, и она увидела.

— Интересно, — погрузилась она в изучение. — Это ведь Махиро?