Или вообще продам. Не сомневаюсь, что каждый из ошейников стоит, как пожизненный запас тушёнки.

С такими мыслями я двинулся прочь из вип-зала, но…

Остановился.

Прямо сейчас мне почему-то очень, — очень-очень! — захотелось озорства. Красивого такого, широкого, и чтобы с выдумкой. И ради такого озорства мне совсем не жаль было расстаться с одним из ошейников. На жирную шею Лагранжа он попросту не налезет, а вот на жреца.

Тем более старик любит цацки, это видно. Вон сколько золота на рожу нацепил.

Так что всё!

Решено!

Подкравшись тенями поближе к верховному жрецу, я накинул на него ошейник и вытолкнул его из теней. Старый не понял, что произошло, крякнул и начал озираться по сторонам, ну а я тем временем уже бежал вниз по ступеням.

«Бельчатки! Всем спасибо за работу! Выбирайтесь!»

«Выхожу!» — тут же отозвалась Диля.

«Хайзяя, оставь покуражить, а? С пасанами выберусь опосля чючють», — ответил Чип и скинул мне мыслеформу. Безбашенный белкус тусовался внутри Жихаревского барьера, грозно размахивая ложкой. В бой он, ясен хрен, не лез, но в общем замесе вроде как участвовал.

Ну и ладно.

На остаток вечера он мне не нужен, так что пускай развлекается. Всяко лучше, чем задротить в приставку.

Я нагнал Ариэль, которая в отличие от остальных передвигалась исключительно ногами, почти у выхода из пирамиды и вынырнул из теней. Кроме парочки охранников и бабушки-гардеробщицы, людей здесь толком не было. Нарвал по-прежнему перегораживал путь, а на попытки атаковать себя в жопку начинал брыкаться и лягаться.

— Куда⁉ — заорал на меня один охранник и потянулся к кобуре, а второй без лишних слов начал кастовать файербол.

Помню, что хотел обойтись без жертв, но ребят пришлось вырубить. Не убить, само собой, а так, принудительно уложить спать.

Как говорится, сорян.

Спешу.

Не помню, что за дар был у Дархана, — лысача, с которого я делал слепок вуали, — но в моём исполнении он стал физиком. Бим-бам, тыщ-тыдыщ, все валяются, всем больно.

Из пирамиды на свежий воздух я вырвался первым, Ариэль с сумкой позади. Остальные инферняшки застыли, разглядывая открывающийся вид, вечернее закатное небо и огни пусть маленького, но города. Приятно было видеть, как инферняхи полной грудью набирают в себя свежий воздух. Сколько они провели в заточении? Месяц? Два? Полгода?

— РАЗЕНДЕ КРАТУС! — закричала Ариэль непереводимый победный клич, и девочки заулюлюкали ей в ответ на манер амазонок.

Внизу нас уже ждали угнанные машины. Двери и багажники раскрыты настежь. В одной Габи, а другая пустая. Ильюха, подогнав машину, должен был покинуть нас. Дескать, не при делах, и вообще не понимает, что за кипишь вокруг происходит.