Когда на следующий день после обеда меня выписали, я чувствовал себя так, словно вышел из тюрьмы на волю. Наконец-то я мог вдохнуть полной грудью загрязнённый уличный воздух вместо больничного, а заодно посмотреть, куда меня занесло.
Вещей с собой у меня почти не было. Из одежды: лёгкая весенняя куртка, свитер, джинсы из толстой, грубой ткани, ботинки, у которых один носок уже начала отставать, кепка, но не бейсболка, а другого типа — больше похожая на армейские кепи. В кармане штанов лежал паспорт, пустой кошелёк, ключи — вот и всё имущество, которое выдали в камере хранения.
Надо было возвращаться домой. Адрес я помнил хорошо: в голове вертелось Первая садовая 17. Узнал, как дойти. Оказалось, топать отсюда где-то полчаса. Но деваться некуда: проезд, конечно же, стоит денег, а в кошельке — ни копейки. Ну я и пошёл.
Глава 2
События, произошедшие в тот странный день перед аварией, я восстановил в мельчайших подробностях. Поначалу, когда только очнулся, они казались сном, который вот-вот испарится, но постепенно мои настоящие воспоминания обрели чёткость.
Это был обычный субботний вечер. Стояла дрянная дождливая погода, моросило, а я возвращался домой с работы. Хотя нет, тот вечер отличался от других подобных, ведь именно тот день я узнал, что магазин, в котором работал последние три года, вынужден сократить нескольких сотрудников, в том числе, меня. И сей факт, надо признаться, меня расстроил. Ведь теперь снова предстояла морока с трудоустройством.
Конечно, оставалось пособие, на которое до обвала рубля можно было худо-бедно протянуть, даже не смотря на то, что половину денег приходилось тратить на лекарства, и сбережения кое-какие имелись, но без работы будет туго. Везде шли сокращения, мелкие предприятия разорялись, и я не знал, куда податься инвалиду с протезом вместо ноги и тремя пальцами на левой руке. Образования я так и не получил, а после того, как невзначай наступил на мину пятнадцать лет назад, ещё и мало на какую физическую работу был годен.
В хмуром настроении я вышел из метро. Надел капюшон, матеря про себя мерзкую погоду, медленно поковылял по направлению к дому. Я жил в двадцати минутах ходьбы от станции, и обычно пользовался общественным транспортом, ибо долго ходить со старой скрипучей колодкой было трудновато, а чтобы купить новый современный протез, наверное, пришлось бы продать квартиру. Но сейчас не хотелось снова оказаться в своей пустой однушке, где компанию мне могли составить только облезлые стены, последняя бутылка пива в холодильнике, да убитый, постоянно тормозящий ноутбук, и я решил прогуляться.