Вздохнув, летучая мышь расстроенно махнула крылом.

— Я немного побродила по миру, но, ничего не поняв, так же стала впадать в спячку. — голос Милки наполнился злобой смешанной с горечью. — Все наши последователи оказались уничтожены или недоступны. Даже последние в родах.

Летучая мышь с затаенной тоской и обидой посмотрела на мангусту.

— Это тебе, Либи, повезло, — злость сменилась завистью, — У вас хоть последний в роду остался.

Милка замолчала, задумавшись о чем-то своем. Подруги тоже притихли, ожидая продолжения рассказа:

— Лет шесть назад стал появляться отклик родственной души, правда, слабой очень. Никак не могла ее отследить, а ведь я могла помочь! — добавила она с детской обидой.

И снова взбаламутила пространство вокруг, но тут же справилась с эмоциями. Не пристало дочери древних кровавых богов поддаваться слабости.

— Два года назад появился уже яркий и устойчивый отклик. Понимаете? Это не последователь. Это мой спутник! — взгляд летучей мыши вспыхнул торжеством. — Я два года моталась по реальности! Но так его и не смогла отследить. Он как призрак, то появляется, то исчезает, что бы снова появится в другом месте. Этот мерзавец безвылазно сидит на изнанке мира, на самых опасных уровнях! Затворник сумасшедший! Он же там сдохнуть может!

Гордость, ярость, страх потерять последнюю надежду слились в этом выкрике, а реальность снова пошла волнами. Впрочем, в этот раз, тут же остановленными дыханием драконицы.

— Не могут люди так долго жить на изнанке мира, — спокойней продолжила Милка. — А сейчас я заметила его перемещение на более высокие уровни изнанки. Так что кровавую метку поставить ему смогла. Теперь точно его найду и привяжу к себе. Никуда он от меня не денется. А там и права на бабкино место обитания можно будет заявить!

— Милка, ты сумасшедшая! — заявила мангуста — Привязать к себе смертного, да еще и не последователя. Причем, не зная о нем ничего! Ты хоть понимаешь, что объявив себя богиней в такой ситуации, станешь очень уязвимой⁈

— Я хоть и много младше вас, но самая сильная, — рассмеялась летучая мышь, — Думаю, дед Нинг до сих пор помнит, как я ему в усы вцепилась за пренебрежение к преподнесенному мне дару Хамелеона!

И уже серьезней добавила: — Мне рано становиться богиней. Не имея последователей быстро все бабкины накопления истрачу. А вот жить в ее чертогах мне никто не может запретить. Я просто обязана предстать перед своим спутником в выгодном свете.

— Знаешь, Милка, я весть кину деду, — подумав, проговорила Либи, — О твоем появлении в нашем секторе и о твоем спутнике. Все люди через учебные заведения проходят. Так что Мудрый Филин в любом случае о нем что-то должен знать.