— Ну чего, пробуем? Как думаешь вскроет?

— Думаю да. Это место — внутренняя сторона корпуса, обращённая к такой же внутренней стороне. Ты сам говорил, что у него было четыре корабельных модуля, спаянный в единую систему. К тому же сам левиафан полагался не на броню, а на щиты нового типа. Вряд ли там больше сорока сантиметров композита. Да и на кумулятивную струю этот корпус не должен быть рассчитан — всё же лишняя морока и затраты при строительстве. Да и такая система шла обычно на противотанковых ручных снарядах… но это неточно.

Дагит пусть и с интересом глядел на их совместное детище, однако не был лишён скептицизма. Это вообще была его природная черта во всём искать какой-то подвох.

— Ладно, чё толку теории строить? Вот сейчас и увидим, что к чему. Заляжем где побольше камней — вдруг склон размывать начнёт или осыплется часть берега.

Выбравшись из котлована и засев за массивным куском скалы, выпирающем из намытого водой склона, Лютый и Дагит затихли. Командующий вскоре отрешился от всего, закрыл глаза и начав нащупывать в ментальном пространстве живую взрывчатку. Создав устойчивую связь со всей полусотней, он мысленно взмолился об удаче, после чего дал синхронный приказ на самоподрыв.

Тряхнуло их будь здоров! Даже здесь немного уши заложило, после чего сквозь звон начали медленно прорываться и другие громкие звуки. Скрежет металла, звон массивной железной плиты, шум воды и визг вырывающегося прочь воздуха вперемешку с водой.

Внутри корабля, наглотавшегося воды во время катаклизма его погубившего, скопились тысячи тонн морской воды! Достигая от дна до поверхности высоты более трёхсот метров, она создавала давление в нижней точке около двадцати девяти атмосфер, отчего и рвалась наружу со столь страшной силой. Взрыв не смог полностью пробить вход внутрь, однако он создал несколько сквозных отверстий и сильно ослабил остальные участки. Так что не было ничего удивительного в том, что вода сама проложила себе путь, вырвав с мясом остатки вдруг образовавшейся заготовки под люк сброса! Отшвырнув с чудовищной силой, способной размозжить даже сефирота, двадцатитонной кусок стальной брони, и заколотив его в склон огромной траншеи практически полностью, вода вырвалась гигантской струёй на свободу, начав размывать левый склон жёлоба.

Минуты три вода была вполне чистой, вылетая легко словно из пушки, благодаря чему образовалась даже маленькая река. А потом она начала медленно темнеть, постепенно превращаясь в вонючую жижу. Та становилась с каждой минутой всё гуще, из-за чего струя, достигавшая сперва двадцати метров в длину, сначала уменьшилась вдвое, а потом и вовсе скукожилась до вялого тягучего ручейка. Ведь вместе с тем падало и давление.