Но зато, как только рядом появился объект, способный стать вместилищем его нейронного разума, вычислитель незамедлительно атаковал, используя все свои невиданные способности! Всё чтобы выбраться из этой ловушки!

И теперь Лютый специально полз поближе к эпицентру местных проблем, угрожавших его планам. Всё чтобы как следует вдарить по нему, уничтожив наверняка!

Вычислительный блок представлял собой целую батарею запаянных пластин размером с человека, наполненных органическими нейронными цепями. Суперкомпьютер интуитивного типа, способный не только к скоростным расчётам, но и к творческому мышлению, занимал половину лабораторного комплекса, вокруг которого лежало больше всего трупов — целая баррикада!

— СЯДЬ СЮДА! — вновь отдалось болью в его голове чужая механическая воля, заставив тело двигаться против желаний хозяина.

Рядом заскрипел металл, и огромный цилиндр, что не привлекал до этого внимание Лютого вдруг раскрылся словно футляр, открыв вид на фантастичное кресло, напоминавшее скорей изогнутый хирургический стол.

Намеренно замедлившись (а это всё что он сумел противопоставить приказу), лесной чёрт изменил свой маршрут, приказав маленьким своим пассажирам стремительно разбежаться. Десятки паучков, бугрившихся чёрными кляксами на шкуре рогатого чудовища, устремились в сторону пластин с органикой. Занимая своё место среди пластинок, испещрённых странными рельефами, паучки вскоре покрыли добрую половину территории суперкомпьютера.

Так что как как только Лютый сел в жуткое кресло, повинуясь могущественной воле, а за ним наконец закрылась задвижка, предвещая скорое освобождение спятившему порождению человеческого гения, лабораторный бункер потряс слитный взрыв! Огненное облако жадно слизнуло большую часть лаборатории, подожгло сухие словно пыль трупы, после чего поглотило и саму камеру, где укрался виновник вероломной атаки.

— Не смей меня здесь бросать! Спаси меня, Лютый!

Корабль снова пылал!

Эпилог

— Госпожа Зои! Госпожа Зои! — звонкий, но хриплый голос разлетался по сырой пещере словно завывания подземного духа.

— Госпожа Зо-ои!

— Ну чё орёшь? Слышу я, — хранительница племени обнаружилась там же где и всегда. У костра в своей обители, в окружении древнего железа, что собирали в своих вылазках добытчики. Гургуб ни за что бы не стал копаться в этом бесовском наследии предков, даже будь он в сто раз храбрей и самоуверенней чем сейчас. А потому вид того как лихо госпожа управляется с колдовскими штучками древних внушал в подростка шестнадцати лет ещё больше благоговения.