Помимо всего этого, уже очень скоро должны официально выдать Герб Шмиттам и принять в кланы новые Рода — Кондо и Одзава. Кондо в клан Тоётоми, Одзава в клан Сога. И тут такое. Я теперь даже не знаю, что делать. Отдавать Кондо клану Тоётоми не хочется, но и просто разорвать договорённость нельзя. Тянуть время? Так это не от меня уже зависит. Хотя стоп, а почему это нельзя разорвать договорённость? Очень даже можно.

Взяв трубку, набрал номер Хидаки.

— Добрый вечер, Аматэру-сан, — произнёс он, приняв вызов.

— Добрый, Кондо-сан, — ответил я. — Не буду ходить вокруг да около, уж больно тема серьёзная, так что скажу прямо — нам придётся разорвать договорённости с кланом Тоётоми. Не волнуйтесь, уж другой клан для вступления я вам найду.

— Ам… Аматэру-сама… — раздался из трубки его неуверенный голос. — Но ведь… Не получится, Аматэру-сан. Пусть официального объявления ещё не было, но мне уже дали Герб.

Эм… Такого я не ожидал. Зазвездился.

— И вы мне ничего не сказали? — прикрыл я глаза, пытаясь сдержаться от ругани.

— Так ведь это рутина, — ответил он. — Просто работа с бумагами, чтобы на момент официального объявления я уже был аристократом.

— Что ж… — помолчал я. — Поздравляю.

И правда, ничего ведь не изменилось бы, сообщи он мне об этом. На тот момент у меня с Тоётоми всё нормально было.

— Прошу прощения, Аматэру-сама. Если бы я знал…

— Ничего, — прервал я его. — Теперь уже ничего не поделаешь. Удачи, Кондо-сан. И не беспокойтесь, к вам у меня претензий нет. Запомните это.

Попрощавшись с непонимающим, что произошло, Кондо, нажал на отбой связи.

Хреновенько. С одной стороны — какое мне дело до Кондо, а с другой — раз уж взялся ему помогать, делай это полноценно. Но теперь это уже невозможно. Проблема-то в чём? Мне банально не хочется становиться врагом тому, с кем совсем недавно полноценно сотрудничал и кто не давал ни одного повода в нём сомневаться. А враждовать придётся. В глубине души я всё ещё надеюсь, что войны с Тоётоми не будет, но… маловероятный исход.

После беседы с парламентёром окруживших поместье боевиков, Кен пытался всех убедить, что если ребята уедут, то их никто не тронет. И это было правдой. Мой внутренний детектор лжи не должен был среагировать на его слова, но он среагировал. Кен не мог знать, что их пропустят. Он мог предполагать, мог быть в этом уверен, но это было не его утверждение, он просто озвучивал чужие слова, а для срабатывания моей чуйки он должен был утверждать. Немного сложно, но я не знаю, как иначе сказать. У него не было знания, он не мог утверждать, но он утверждал и не врал. Как будто сам имеет к этому отношение. Ну а последующий мини допрос показал, что во всём остальном он соврал. Именно Род Тоётоми был причастен к этому нападению. И опять же, Кен знал об этом. Подозреваю, подготовка началась сразу после моего согласия отметить его день рождения. А план этой операции проработан был ещё раньше.