— Так, — повторил я. — В контейнере вы нашли какие-то артефакты, и это всё, что вы знаете. Никаких пояснений и бирок.

— Понял, господин, — поклонился Нэмото. — Но не проще ли вообще об этом молчать?

— Ситуации бывают разные, — посмотрел я на него. — В крайнем случае, если начнут пытать…

— Я выдержу, господин, — прервал он меня.

— Расскажешь про непонятный кубик и перчатку, — не обратил я внимание на его слова. — Бокову с Аршиновым тоже самое передай.

— Понял, господин, — поклонился он ещё раз.

— Не забивай голову, — хмыкнул я. — Если уж ты и попадёшься кому в руки, спрашивать тебя точно будут не про этот контейнер.

— Я не попадусь, господин, — улыбнулся он, постучав себя по правой стороне челюсти. — Капсула с ядом у меня уже давно приготовлена.

* * *

Помимо артефактов, с конвоем прибыли и другие ценные вещи. Фактически весь сейф схрона. И всё, что мог увезти мой самолёт, было в него загружено. В частности — драгоценные камни, носители информации, заряженный дилетит, контейнер с акциями Красного Монолита и тому подобная мелочь. В Тикси, из значимых бойцов, я оставлял Щукина и Беркутова. Надеюсь, Нэмото с Боковым управятся за месяц и все спокойно вернутся домой. Святов, Суйсэн и, конечно же, Сейджун, возвращались со мной в Токио. Ах да, Райт тоже со мной возвращался.

Перелёт, что понятно, занял меньше времени, чем когда мы летели в Питер, и рассказывать о нём смысла нет. Как и о поездке из аэропорта домой.

— Ну здравствуй, бандитос, — присел я на корточки, чтобы потискать ринувшегося ко мне Бранда. Он, как и всегда по возвращении, встречал меня первым. — Как вы тут без меня? Всё, хорош. Блин, Бранд, хорош.

Радостный пёс, дай ему волю, залез бы мне на плечи, ещё и облизал бы всего при этом.

— С возвращением, Синдзи, — произнесла с улыбкой Атарашики, стоящая у ворот в компании Казуки, Эрны, Рахи и нескольких служанок, в том числе и близняшек Каджо.

Идзивару тоже находился неподалёку — кошак с независимым видом лежал на каменном заборе поместья, но так, чтобы его уж точно заметили.

Взлохматив напоследок макушку Бранда, поднялся с корточек и произнёс:

— Я дома.

После душа и перекуса, я, Казуки и Атарашики собрались в моём кабинете, дабы обсудить итоги поездки. В центре помещения стоял столик и несколько кресел, на них мы и сидели.

— Что там с Коширскими и Тарвордами? — первое, что спросила Атарашики.

— С Коширскими договорился, — ответил я, беря из вазочки печенье. — А Тарворды в раздумьях.

— Не лучший, но и не худший результат, — произнесла она задумчиво.

— А Тарворды точно ответят? — спросил Казуки и, смутившись, пояснил свою мысль: — Просто если они примут отрицательное решение, могут и вовсе промолчать. Не ждать же нам вечность их ответа.