— Так это ты меня арестовывать пришел? — спрашиваю я напрямик, взвешивая ножны с мечом в левой руке. Немного легче чем я привыкла, но и ладно, на этом Сякухати доспехов нет, ему и пореза хватит. Поперек горла например… очень ему пойдет. Судя по тому, как он сверток к стене прислонил — внутри может быть меч. Наверняка меч. Впрочем, замотан сверток на совесть, размотать его быстро он вряд ли успеет, а мой меч у меня в руке, так что…

— Кто⁈ Я⁈ — в притворном ужасе он хватается за грудь и выпучивает глаза, со стороны это наверняка смешно выглядит, но мне сейчас не до смеха. Я довольно давно убедилась, что этот Сякухати опасен. Он хочет выглядеть шутом, пересмешником и бабником, но я уже составила свое мнение о нем. Умен, хладнокровен, опасен. Единственная слабость — пожалуй слишком любит свой собственный ум… и склонен к театральности.

— Помилуй меня Будда, зачем мне вас арестовывать, Аяко-доно? Вы же меня убьете! — он делает вид что пугается собственной тени. — Вы же всех убиваете, кто вас арестовывать приходит! Все об этом знают! А я в семье единственный сын и наследник, нельзя мне так рано умирать. У меня дела… и потом… А! — он оборачивается к выходу из внутреннего дворика. — А вот и они! Вот видите, Аяко-доно, меня среди них нет! — он тычет пальцем во входящих во внутренний дворик людей. Я поворачиваюсь и некоторое время изучаю незваных гостей.

Странно, но среди них нет воинов в доспехах, как в прошлый раз, нет ни черных, лакированных доспехов Императорской Гвардии, ни алых кирас Дома Тайра. Вообще нет доспехов. Больше всего вошедшие напоминают мне пестрый отряд слетевшихся певчих птичек — красные, синие, фиолетовые, лиловые и даже белые одеяния из шелка, на головах обязательные черные шапочки или высокие гуани — континентальные «стаканчики» для пучка волос. В руках у вошедших — принятые тут деревянные таблички, покрытые воском. И все. Ни одного длинного, асимметричного лука-юми, ни одного колчана с громадными местными стрелами что едва ли не в мой рост длиной. Да что там, меч всего один — только у идущего впереди молодого человека в синем одеянии и такой же черной шапочке на голове, он держит его в левой руке.

Мгновенно оценив ситуацию, я немного успокоилась, один меч — с этим можно иметь дело. Вот если бы сюда десяток воинов в тяжелых доспехах и с луками ворвались бы — тут бы мне и конец настал, а уж с одним мечником при необходимости справлюсь. С другой стороны… вон Господин Сякухати за мою репутацию в курсе, да весь дворец уже знает «Песнь Полуночи или Когда Взошла Кровавая Луна» где мои подвиги изрядно приукрасили, и любой нормальный человек конечно же скинет количество трупов с тысячи хотя бы до сотни, однако даже так… прийти арестовывать Синигами Мибодзин с одним мечом на всех? Они самоубийцы или я чего-то не понимаю? Или это что-то вроде вручения повестки, чтобы сама потом пришла?