— Слишком рискованно. Тебя одного там задавят.

— А если с ним пойду я? — подала голос Света.

Густаво и Штиль переглянулись.

— Двое Титанов должны справиться с такой задачей, — осторожно произнесла девушка.

— Справимся, — согласился я. — Иначе есть риск заглохнуть на подступах к Рио-де-Жанейро. Ты ведь сам говорил, что нам нужна победа в максимально сжатые сроки. Ну так мы тебе ее обеспечим.

— А если там ловушка?

— То у нас двоих хватит сил выбраться оттуда относительно целыми. Наставник, это действительно хороший план. — я повернулся в сторону одного из аргентинцев. — Сколько вам понадобится времени на разминирование?

— Точно сказать не могу, но около получаса.

— Мы вам их дадим. Можете начинать приготовления, выступаем через двадцать минут.

Аргентинцы поклонились и вышли из помещения.

— Бестия, ты за главную, — произнес Густаво. — И проследи, чтобы вы оба вышли оттуда живыми.

— Без проблем, — весело произнесла Шуйская. — В конце концов, никто и ничто не сможет меня остановить от того, чтобы снова увидеться с дочерью.

За прошедшие несколько недель Света разительно преобразилась: после получения пыли она не только начала молодеть на глазах, но и стремительно набирала боевую форму. Казалось, что бывшая директриса хочет в самые сжатые сроки вернуться в Российскую Империю и самолично разобраться с тем, кто убил ее друга… любовника… так и не решив, кем именно ей по-настоящему приходился Император Константин.

Дополнительной мотивацией было то, что Катя находилась под крылом у китайского Императора, с которым совсем не хотел ссориться Георгий. Ему сейчас только войны на несколько фронтов не хватало. Ее дочь даже просилась прилететь в Аргентину, но сразу же получила отказ. Ибо во время боевых действий у Светы точно не получится проследить за ее безопасностью. Так что лучше пусть остается в Китае до поры, до времени.

Мы с девушкой стояли напротив обширного поля, усеянного минами, и ждали отмашки о готовности.

— Справимся? — немного взволнованно спросил я. — Уже несколько раз сталкивался с их противовоздушной обороной, и каждый раз эта встреча мне не очень нравилась.

— А ты будь повнимательнее, пока находишься в воздухе, — ответила Света и закинула горсть капсул в рот.

После того, как у разведки малийцев получилось добыть стимуляторы, изобретенные Вальтером и уже во всю распространяющиеся в российской армии, наши умельцы начали делать что-то похожее. По уровню, конечно, эти капсули не дотягивали до изделия безумного ученого, но тоже давали определенные бонусы. Чуть лучше ловкость, чуть лучше выносливость, чуть лучше рефлексы. Вроде ничего особенного, но во время сражения на смерть это «чуть лучше» порой имело наиважнейшее значение.