Сейчас я немного рисковал, так как только-только осваивал этот дар, но мне надо было поразить своих союзников и натолкнуть врагов на необходимую мысль.
— Итак, — я посмотрел имя на бейджике, — Сили, вы готовы?
— Готова! — бодро ответила она.
Я щелкнул невидимым переключателем в голове и настроился на стремление не просто понравиться, а стать объектом вожделения.
— Сили… ты считаешь себя скромной девушкой?
Судя по ее оцепенению, голос начал работать.
— Как… что… — растерялась брюнетка. — Нет… но… не с каждым…
Скользнув взглядом по первым рядом с неудовольствием обнаружил, что и там девушек тоже «задело». Слегка, но все же.
— То есть ты бы никогда не стала прилюдно раздеваться…
Сили тяжело задышала.
— Нет, не стала бы…
— А ты сделаешь это для меня…
Несколько секунд она думала.
— Да… господин…
Рука девушки потянулась к верхней пуговице. Первая… вторая… третья… обзор на ее упругую грудь практически открылся, поэтому я решил остановить демонстрацию.
— Достаточно, ты доказала свою преданность.
Она опустила руки вниз и больше не предпринимала никаких действий. Я же стал говорить громче, чтобы было слышно во всех частях зала.
— Хотел бы я на этом закончить, но… у меня появился еще вопрос: ты когда-нибудь фальсифицировала полученные данные ради того, чтобы продвинуться по карьерной лестнице?
— Что…⁈ — возмущение было настолько сильным, что она чуть не вышла из-под контроля. Но, посмотрев на меня, журналистка снова растаяла. — Да…
— И ты знала, что навредишь невиновным людям?
— Мне было все равно… это же плебеи… простолюдины… чего их жалеть?
По залу прокатился вздох.
— А вот теперь очнись, — сказал я уже своим обычным голосом.
Журналистка завертела головой, после чего заметила распахнутую блузку и быстро застегнула ее.
— Что ты со мной сделал⁈ Вы все видели, он заставил меня это сказать! Ничего такого не было!!! Это все ложь!!!
Я добродушно улыбнулся и обратился к залу.
— Наша дорогая Сили ошибается. Я могу только разговорить человека. И то только потому, что в момент разговора он будет считать меня самым близким, тем, кому можно всецело доверять, — я посмотрел в камеру: — об этом и стоит подумать нашим врагам. Готовы ли вы идти против человека, который может заставить вас признаться в содеянном? Видит Бог, натворили вы не мало… Так что не стоит играть с огнем, господа. Идите на переговоры, и тогда мы попробуем решить наши разногласия мирным путем. На этом все!
Еще пол часа потребовалось на то, чтобы ответить на все возникшие вопросы. Одни спрашивали о моих дальнейших планах, другие интересовались, как скоро я вернусь в Россию. Были даже те, кто спросил, продолжу ли я концертную деятельность. Но в итоге люди Манса аккуратно намекнули присутствующим, что пора сворачиваться. И уже через несколько минут в помещении остались только мы с Испанцем и Манс Младший со своими охранниками.