Ладно, мысли мыслями, но проблему надо решать.

— Алан, если у Эйлин Трухильо получится сбежать из страны, я лично объявлю охоту на вашу семью. Ни Манс, ни Императорские войска… никто не создаст вам столько проблем, сколько могу доставить я. И меня не испугают последствия, ведь я могу спокойно улететь в другую страну. Хотя чего мне бояться… после нашего с вами столкновения в живых не останется ни одного человека, желающего мне отомстить.

Намори тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. Смотри-ка, даже бровью не повел, когда услышал имя мексиканки. Значит, точно замешан.

— Вы меня не слышите, Ярослав. Или не понимаете, что таких людей, как мы, попросту не запугать. Хотите убить нас? Убейте. Но в таком случае вы не получите того, что ищите…

— Но есть же и другие варианты?

— Конечно, — кивнул он. — С самого детства отец говорил мне, что мы не преступники, а бизнесмены со своими принципами.

— Очень… удобная формулировка.

— Она максимально близка к истине. У людей всегда были и будут пороки. Ну а наша семья всего лишь упорядочивает тот хаос, который может возникнуть, если все начнут действовать сами по себе. И в том, что мы получаем с этого свою прибыль нет ничего плохого. Такова жизнь. Не надо делать из нас злодеев.

— Хорошо, — кивнул я. — Так чего же вы хотите за помощь?

— Вот это уже другое дело, господин Воронов, — улыбнулся Алан. — Обсудим все как бизнесмены.

— Ближе к делу.

— Во-первых, нам нужен полный иммунитет от преследования со стороны Императорской семьи.

— У вас же все схвачено? — хмыкнул я.

— Перестраховка никому не повредит.

— Хорошо, я могу это устроить. Что дальше?

— Все наши предыдущие договоренности остаются в силе. Мы держим преступный мир в узде, а Император продолжает закрывать глаза на некоторые… моменты.

Вот это вообще просто. Манс пусть закрывает, зато мне-то никто такого запрета не давал…

— Без проблем. НО… только если вы выдадите нам ту, кого мы ищем.

— Несомненно.

— Надеюсь, обойдемся без письменных договоров?

— Я поверю вам на слово. Уверен, что оно нерушимо.

Толстяк щелкнул пальцами, а спустя секунд десять дверь в кабинет открылась, и внутрь зашли мои новые знакомые — коротыш и здоровенный малиец. А вот между ними шла Эйлин, руки которой были крепко связаны, а во рту торчал кляп. К моему удивлению, глаза у девушки были заплаканным. Вообще не подозревал, что мексиканка умеет плакать.

— Как видите, Ярослав, у нас есть то, чего вы так хотите, — сказал Алан, поднявшись на ноги. — Только вот есть одна небольшая загвоздка… Девчонку мы вам отдадим, но чтобы получить ее сообщницу и весь материал, который хранится на ее флешках, вам придется пожертвовать семье Намори свою кровь. Много крови…