Девушка замолчала и стала смотреть на дорогу.

— Иногда кажется, что ничего не знаешь. Что ты еще ребенок.

— Мои родители, — продолжила она, — работают в администрации Москвы. Папа так вообще большой начальник. Они очень хотят, чтобы я жила не так, как они. Поэтому и отправили меня в художественный институт.

— Что плохого, если у тебя способности к этому?

— Не знаю, есть ли они. Там много тех, кто талантливей в тысячу раз. А кто-то не поступил из-за меня, потому что папин друг — глава приемной комиссии.

— Не стоит казнить себя за все, — пожал я плечами. — Тот, кто не сделал в жизни ничего плохого, не сделал и ничего хорошего, потому что он не существовал.

Снежана внимательно взглянула на меня.

— Не думала, что частные детективы умеют так говорить.

— Не обольщайся, только некоторые.

Она улыбнулась.

— Поэтому я и сплю только с некоторыми.

— Квартиру мне папа купил, — вдруг обиженно заявила она, — а машину — нет! Сначала, говорит, научись ездить. Автомобиль, мол, штука опасная. Не знаю, опасная или нет, но вредная — точно. Я два раза провалила экзамен на права. Ну что стоило папе договориться⁈

Перевела девушка тему разговора. Кто ее знает, почему.

— Не волнуйся, я уверен — ты сможешь. У тебя все получится.

— Знаю… надо только как следует почитать правила.

Снежана вздохнула.

— Извини, мне все-таки непонятно, зачем мы едем? Убита женщина, преступление скрыто… но что мы будем делать?

— У меня есть кое-какие магические способности, — признался я. — Могу видеть ауру предметов, их отпечаток в астральном мире. Видения часто возникают очень странные, но их можно расшифровать. Необходима проверка, действительно ли она убита. Потом надо будет попробовать прижать убийцу к стене.

— С ума с тобой сойти можно… — помолчав, задержала взгляд на мне Снежана. — Ты еще и колдун. Ну и как было маленькой девочке не прыгнуть к тебе в постель?

— Никак, — подтвердил я. — Только, пожалуйста, никому о моем «даре» не говори. А то мало ли что.

— Конечно, молчу! — похоже, она даже немного испугалась.

Тем временем мы подъехали к кладбищу, но остановились довольно далеко.

— Придется идти пешком, — предупредил я. — Сама понимаешь, нас не должны видеть. Посещение кладбища ночью немного незаконно.

— Ясно.

— И последнее: что бы ни случилось, никуда не бежишь и ничего не делаешь без команды.

Я откинул барабан револьвера и посмотрел, все ли патроны на месте. Никуда они деться не могли, но такой ритуал успокаивает.

— Теперь вперед, — и коротко взглянув на девушку, качнул головой.

Мало кто мог заметить, что я сейчас начал пользоваться «даром», но Снежана была как раз из таких. Художник, все-таки. Они видят больше других.