— Еще какие! — хмыкнул я.

Как же хочется посмотреть на его лицо, когда мы откроем крышки ящиков! Мы с Настей даже поспорили — разразится ли он довольным хохотом или отборной бранью. Первый вариант за мной, второй за Настей. Проигравший пьет кофе, который заварит конструкт.

— Нина Алексеевна, к чему тесниться в машине? — тронула Гама девушку за плечо. — Лучше помогите мне закрепить ящики в кузове.

— А что эти балбесы не справятся? — кивнула Нина на грузовик, вокруг которого расхаживали уставшие ликвидаторы.

— Там нужны… женские руки, — улыбнулась Гама и шепнула что-то собеседнице на ухо.

— Серьезно? — охнула Нина. — Подарок из Владимира⁈ Мне?

— Ага. Пойдемте.

И обе скакнули в кузов грузовика, куда уложили «багаж» Гамы.

Автомобиль тронулся. После машины Рэя манера вождения Кости показалась просто ангельской. Да и в салоне сплошь благодать и запах мяты, а не масла, как у нашего заправского гонщика.

Три грузовика следовали у нас по пятам. В двух компактно разместились ликвидаторы вместе с командиром. В третьем расположилась Гама с нашими «сувенирами».

— Женя, надеюсь, он у тебя не буйный, — шепнула мне Маша, искоса поглядывая на Василия, который звонил куда-то по мобильному.

— Нет, если не будешь дергать его за усы.

— Но… у него же нет усов!

— Вот, значит, ты в полной безопасности, — сказал я и тронул Зубра за плечо. — А ты не мог поприветствовать своего старого друга как-нибудь… менее агрессивно?

— Еще раз прошу прощения за вспышку, это больше не повторится, — склонил голову Василий. — Мы с Алексеем Георгиевичем никакие не друзья, даже больше скажу — когда-то давно мы соперничали, да и вообще… даже несколько раз сражались на дуэли.

— Ага! — воскликнула сестра и устремила ему в лицо палец. — Так этот шрам оставил тебе Жук⁈

— Да… — сказал Василий и немного смутился. — Бурная молодость, сами понимаете. Мы когда-то были теми еще задирами, и часто тратили свои силы не ради борьбы с Нексусом, а в глупых ссорах.

У меня перед глазами пронеслась та сцена, которую мне удалось подсмотреть в «мире» Зазубрина — когда Василий с отцом сидели на окровавленном полу и пытались не отдать концы.

Кстати, стоит ли сейчас трясти Зубра насчет того отцовского предприятия? Лучше потом, старик и так совсем стушевался.

— Алексей Жук, ко всему прочему, — продолжил исповедоваться дворецкий, — одна из причин, почему я бросил ремесло ликвидатора ГАРМа и пошел на службу к вашему отцу. Одна из многих, но весомая.

— Почему?.. — спросила Настя. — Хотя нет, не отвечай.

— Потому что «он не умеет останавливаться»? — предположил я, вспомнив фразу, которую когда-то сказал мне Зубр по телефону.