Все больше глаз смыкалось на Жене, а он знай себе стоял по центру зала со скучающим видом и ковырялся в ухе. Раздались отдельные хлопки — сначала робкие, а потом весь зал разразился аплодисментами.

— Ну раз вопросов больше нет, господа, милые дамы! — раскланивался Сперанский. — Спасибо за внимание, вынужден покинуть вас. Сами знаете, дела-с, дела-с!

Он свернул завещание в трубочку и засунул ее обратно в трость.

— Милейший, — крикнул он слуге. — Прошу мою шляпу!

— А ну стоять! — крикнула Болконская и попыталась добраться до юриста. — Никто не выйдет из здания, пока МОЙ юрист не проверит все в точности! Где Сильвестр Бернгардович⁈

Тут же повсюду забегали слуги. Загрохотали ставни, щелкали замки и засовы.

— Эй, вы что? — раздались крики повсюду. — Что за глупости⁈

— Музыканты — музыку! — захлопала в ладоши Болконская, поднявшись на сцену. — Всем отдыхать и веселиться! Яков Станиславович, отдайте мне эту мерзкую бума… Коля, а ты куда намылился⁈

И все головы повернулись к юным влюбленным.

— Мы… — проговорил Коля, отступая вместе с Настей все дальше к выходу. — Домой.

— Ты и так дома! А ну отпусти эту бедную сиротку, живо!

В ответ Коля только сильнее сжал руку Насти.

— Ну уж нет! Ты же сама говорила, что к концу вечера я должен принадлежать только ей! Вот я и… принадлежу!

— Обстоятельства изменились, — вспыхнула Болконская, сошла со сцены и начала грозной поступью приближаться к пятившимся молодым людям. — Отпусти ее руку, Николай! Немедленно! Я не позволю тебе жениться на этой нищей княжне и оставить нас ни с чем!

— Ну уж нет! Это мое решение. Да и я люблю Настю всем сердцем!

Он, что⁈ Настя залилась краской, а Коля решительно подхватил ее на руки и понес на балкон.

— Назад! — крикнул Коля слугам, которые запирали одну дверь за другой. — И ты, бабушка!

Коля понес Настю к лестнице, однако Болконская перла на них как каток, и тут перед ней, выпятив грудь, встал Женя.

— Граф, вы… — заикнулась она, а тот покачал головой и поводил пальцем у нее перед лицом.

— Он теперь без пяти минут князь, ваше сиятельство! — хихикнул у нее за спиной Толстой. — А вы расслабьтесь. Лучше сядьте и выпейте за здоровье молодых. Вы же из кожи вон лезли весь вечер, чтобы ваш Николенька с Анастасией Михайловной жили душа в душу, так что теперь?

— Да пошел ты в жопу! — прошипела Болконская, и весь зал охнул. Пара дам даже упала в обморок. — Ты! Это ты виноват, сволочь!

Она показывала пальцем на ухмыляющегося Сперанского, который набрасывал пальто и принимал у слуги шляпу.

Размахивая кулаками, Болконская направилась к нему.