— Ах… Нелли! А ты… ты… — смачно цыкнул гад, — ты… права!
Глава 32 — Подкрепление прибыло
Глава 32 — Подкрепление прибыло
В скромной неказистой избушке пророчицы повисла тишина…
— ..Что ты ещё видишь, Эвола? — прошептал любопытствующий.
— Скоро, — пребывая в трансе, продолжила предсказательница, -..совсем скоро, наступит холодный рассвет и Эдора окрасится в багровый цвет, — быстро зашлёпала губами старушка. Не открывая глаз, она взмахнула правой рукой, в которой дымила то ли сушеная ветка какой-то травы, а может быть, чья-то тонкая костлявая лапка… (в темноте было сложно определить), издающая жуткое, с трупным душком, «благовоние», — Под крики и яростный грохот с небес, падут зелёные флаги, — подбородок бабки задрожал. Она сделала глубокий вдох, — Молодая ведьма откроет врата и… наш барон… он… — карга сглотнула и неожиданно начала заваливаться на бок.
— Что с ним? — Торкен немедля подхватил и потряс Эволу за плечи, — Что будет с бароном? — оскалился рыцарь.
— Его… он… — прошептали губы пророчицы.
— Говори же! — рыкнул преданный телохранитель, вновь дёрнув старуху.
— Его… он…
— Дальше-то что? — «бронепёс» не смел озвучить свои мысли, навеянные предсказанием, — Кто? Где? — вырвалось из его уст само собой.
Он был готов обнажить свой острый меч и изрубить на кусочки любого, упомянутого бабкой идиота. Да что там… Он тоже умел гасить вражин из пулемёта. Только укажи!
— Да, полно! — святоша направил зеркало на старуху, шепча молитвы во славу «Светлого», — Тёмный захватил её душу. Какая ведьма? Какие врата? О чём она? Во имя образа света, изыйди! — беднягу, всего до одури, колошматило от собственной же впечатлительности и неистовой веры в мистику.
Торкен, потеряв контроль от злости, отвесил карге пощёчину, желая тем самым привести пророчицу в чувства и услышать предсказание, но та, лишь тяжело глотая воздух, громко сипела и бледнела.
* * *
Серые стены, высоченный потолок, на окнах витражи, едва пропускающие свет — не очень-то помпезно, но и не бедно жил-поживал местный король.
В огромном зале столичных хором Вутанга Вэнайского, покрывая холодный каменный пол яркой расписной лентой, протянулась ковровая дорожка, чуть ли не до самого трона хозяина.
Сейчас, в эти сложные времена, когда репутация правителя, в свете свершившихся событий, сильно пошатнулась, она, пожалуй, единственная оставалась ярким и красочным, излучающим позитив пятном, во всём замке… Словно лёгкий намёк на то, что ещё не всё потеряно… и можно вернуть былое благополучие.
— ..Народ восстал! — прохрипел правитель и обозрел исподлобья своих придворных, — Конечно! — он неожиданно для всех собравшихся рявкнул так, что эхом отдалось аж в другом конце просторной приёмной, — Страх поселился в каждом доме… в душе каждого, — король сморщив фейс, помял губами.