«Рома? Вот же сукин сын»! — невольно подумал Боря и тут же себе пообещал: «Вернётся — пришибу лопатой»!

— А вы, значит, стеснялись, — ворковала хозяйка так, что Боря ощутил, как мурашки по коже пробежали строем. И сто процентов изобразили надпись «что за дела»?

Но если объективно, то в голове пустота и один вопрос на повестке дня маячит — что делать?

— Да нет, Сара Ибрагимовна, он шутил. Вы просто не так поняли.

— Ой, Борис-Борисик-Борюсечка… не надо стесняться, — захихикала она. — Я всё-таки не первый год живу на этой планете, и кое-что понимаю в людях. Да и у самой ещё изюма в закромах хватает. Ах, если бы вы знали, как оно на самом деле. Ведь приличная женщина — это та, про которую никто не знает, как неприлично она может себя вести. В тайне всё дело!

Боря невольно сглотнул. Очевидно же, что на ведьму нарвался. Просто слова вуалирует. А если бы играли в открытую, сказала бы «Я всё-таки не первый век живу на этой планете, а со старой выгнали, вот и приходится у вас тут доживать».

Боря даже головой дёрнул. Что-то не сходится! Конечно, если жена Кобы вдруг моментально сама головой тронулась или это проявление деменции какое, то главное, чтобы соседи не заметили этих причуд.

«Ей нужна помощь, как минимум», — добавил внутренний голос.

Поэтому в квартиру Боря зашёл сразу. И даже дверь за собой прикрыл. А вот что делать дальше — решительно не знал. Зоя Похлёбкина, бывало чудила, конечно. Опыт был. Случалось так, что соседка по участку Шаца трепала нервы, но там в посёлке закрытого типа этого никто не видел. А здесь — общество. Плюс бухгалтер была лет этак на «дцать» моложе и все причуды легче переносились.

А тут — ну… бабка.

«Может, в комнату её отвести? Спать уложить, одеялко подоткнуть, колыбельную напеть даже можно, лишь бы толк был. А затем Моисей Лазаревичу сразу позвонить можно», — предложил вполне логичную последовательность внутренний голос, словно читал с утра книгу «как ухаживать за старушками в преддверии наследства под редакцией Прохора Шаляпина».

Но для управления старушкой нужно было снова открыть глаза. Поэтому сантехник чуть приоткрыл один, чтобы лучше ориентироваться в пространстве.

А перед ним снова Сара в сарочке!

Шок, трепет! И видно, как кожа свисает убегающим из кастрюли тестом. Но пыла хозяйки это не унимало. Напротив, как будто стрелой Купидона в одно место ужаленная, она тут же отобрала букет и прижалась к его плечу сантехника, добивая его словами:

— Я ещё хотела переодеться в корсет сначала. Но вы так быстро по ступенькам шагаете. Не то, что Мося. Вот и думаю, не успею. Пока буду затягиваться, Борис ждать устанет. Вот и решила… просто снять лишнее! — она снова улыбнулась, от чего гость снова крепко зажмурился, а рядом прозвучало гораздо пронзительнее весеннего грома. — Между нами ведь не должно быть ничего лишнего, Борис?