Ичиру, то и дело, поправляя и направлял советом Воронова. Останавливал выполнения комплекса и командовал начинать сначала, если ему что-то не нравилось. После часа таких постоянных остановок дед взял в руки гибкий прут. И теперь за неправильное или корявое движение по джину прилетала розга. За такой тренировкой время прошло до обеда.

Джин после изнурительных тренировок и побоев прутом, еле мог шевелить телом. Даже вкус еды практически не ощущался, превращая обед в простое поглощение белков, жиров и углеводов.

А потом, час отдыха и снова тренировка. Вот только на этот раз Ичиру приступил к обучению своего стиля боя. И на этой послеобеденной тренировке Джин огребал по полной. Неизвестные движения и перемещения ни давались парню, за что он и получал прутом.

Стиль боя Ичиру назывался танец тумана. Дед не скрывал ничего, что было связано со своим стилем боя. Так же он не скрывал, что ни один боец не может перенять стиль другого бойца. Но он может, если преодолеть свой придел, сделать его частью своего стиля. Так Ичиру и стал обладателем двух стилей боя, унаследовав второй от своего наставника. И теперь передавая танец тумана Джину, старый демон передавал не только своё боевое искусство, но и стиль боя своего мастера тоже.

За такими тренировками время пролетело до ужина, за которым Джин буквально упирался рожей в стол. Парню хотелось забраться в ванную и, отмокнув там, после просто заползти под одеяло и проспать не меньше суток. Но нет. После часа отдыха, начались спарринги, которые не всегда были просто боем. Дед периодически пропадал и нападал исподтишка, от чего Джин даже не знал когда нападёт наставник. В общем, тренировка продлилась до позднего вечера, в конце которого Джин опять избитый и обессиленный лежал на лужайке заднего двора. Воронов смотрел на небо, не способный подняться и пойти к себе в комнату, настолько он был вымотан первым днём тренировок со своим наставником.

— Дьявол Японии, — еле ворочал парень языком, смотря в тёмное небо и мириадами звёзд. — Просто дьявол. Вот ты кто.

Выходные и первая половина недели пролетели за тренировками, как один миг. Находясь на автодроме частной школы экстремальной езды, Воронов слез со спортивного мотоцикла, и снял шлем.

— На этом с мотоциклом думаю всё. Хорошо поработал. — Стоял, засунув руки в карманы джинсов, высокий холеный мужчина со свежей щетиной на лице. — А то смерть на двух колёсах. Я на это не сяду. — Повторял инструктор первые слова Воронова, на первом занятии.

— Ну, я до сих пор так думаю. Но сяду с радостью. — Хохотнул Джин, вешая шлем на руль Хонды.