— Когда он участвовал в бою в последний раз? — Уточнил хозяин кабинета.

— Несколько дней назад, когда охраняли переправу. Менее чем за минуту он уничтожил шесть танков, — доложил Судоплатов.

— Дайте ему возможность отличиться. Мне хочется знать, насколько он силён, — приказал Берия.

— Хотите проверить, опасен ли он? — Догадался разведчик.

— Разумеется. Возможно, его лучше убить или хотя бы не допускать в крупные города. А вообще, тебе нужно с ним самому пообщаться или направить к нему наших лучших специалистов. Я хочу знать, как он себя ведёт в экстремальных ситуациях или когда его пытаются задеть.

— Можно просто арестовать, — предложил Судоплатов. — Как правило, в таких ситуациях люди сразу же показывают своё лицо, ведь он и так не особо сдержанный. Вы переживаете насчёт того, что кудесник может переметнуться на сторону противника?

— Ты же сам говоришь, он нам чужак, — подтвердил слова Судоплатова Берия, — поэтому хочу проверить. Где гарантия того, что какой-нибудь немецкий агент не предложит ему перебраться в Германию и он согласится?

* * *

После нападения я приезжал в госпитали всего пару раз, оказывал там помощь. Потом Звягинцев попросил меня создать ещё что-нибудь такое, что может помочь в борьбе с фашистами.

— Чего вы ещё хотите? — Удивился я. — Мои силы небезграничны.

— Тебе виднее, — невозмутимо сказал мужчина. — Эту жидкость сделал же, она очень помогает нашим бойцам на передовой.

— Пока больше ничем помочь не могу, — обломал я капитана. — Берите что есть.

Разумеется, моя водичка теперь была очень нужна фронту, приходилось создавать её каждый день. Бутылки, которые раньше были в дефиците, быстро нашлись, чуть ли не целые горы стеклотары. Мою охрану резко увеличили в количестве, хотя какая это охрана, у меня один охранник — Юра, остальные так, пользуются, пока есть возможность. Ну, ещё Васька, ей тоже можно доверять, но она ещё ребёнок, зла мне точно не желает. Может, зря наговариваю, всё же было покушение, после чего мою охрану увеличили, несмотря на то, что тут и без бойцов НКВД солдат полно.

Всё что сейчас происходило, мне очень не нравилось, и я говорю не только о войне. Живу в каком-то бараке под постоянным надзором, а я привык к другому отношению. Нет никаких средств к существованию, даже одежду нормальную купить не могу, эта испортится, хоть голым ходи. Местные наряды мне вообще не нравились, уж лучше под заказ, наверняка мастера имеются, только чем платить этим мастерам. Обратился с этой просьбой к Звягинцеву, так он на меня посмотрел как на идиота, сейчас всё делают только для фронта. Ага, видел я недавно одного хлыща, тоже ко мне приезжал просто полюбопытствовать, вот он был в приличном костюме. Похоже, это только для простых смертных ничего нет, а я себя простым не считаю. Всё же нужно убираться отсюда куда-нибудь за границу, но пока пусть думают, что держат меня под контролем.