С кряхтением поднялся на ноги, буднично убрал круг силы и подошел к девочке. Вроде все хорошо, стандартный посыл лечения сработал и остатки боли у ребенка снял.

— Станислав Викторович, нам можно зайти? — поинтересовался Майнин.

— Да, я закончил, — ответил и потер висок, на котором запульсировала вена.

Усталость накатывает волнообразно, оказывается силы все же растратил.

— Хозяин, ты опять через себя пропустил уйму энергии, — попенял мне питомец. — Прости, но за магическими потоками наблюдение вел, как и сканирование на момент возможной атаки. В самом начале, произошел небольшой всплеск отрицательной энергии, но он втянулся в ребенка и больше не появлялся.

— Больше ничего необычного не заметил? — уточнил я хорька.

— Нет, — коротко ответил тот.

Глафира Викентьевна робко встала позади Стеши и Стеллы. А вот профессор уже у дивана, внимательно осматривает Настю и что-то негодующе бормочет себе под нос. Не пойму, ругается или радуется?

— Капельницу можно снять, — посмотрел Петр Борисович на Стеллу.

— Поняла, — кивнула та, отклеила лейкопластырь, осторожно вытащила из вены иглу и хотела приложить к ранке бинт, но даже капли крови не показалось, а прокол мгновенно затянулся.

Сработало мое заклинание или источник ребенка постарался? Точного ответа нет, но даже мышцы у Насти не затекли, хотя девочка долго находилась в одном положении.

— Ее следует разбудить и задать пару вопросов, — задумчиво произнес Майнин, но ничего не предпринял.

— Настеньку излечили? — с надеждой в голосе спросила консьержка.

— Надеюсь, — ответил я ей и запустил процесс пробуждения.

Это оказалось не так-то просто сделать. Введенные лекарственные препараты блокируют не только физические процессы, но и оказывают воздействие на головной мозг. После нескольких неуспешных попыток расщепить вещество в организме ребенка я обратился к профессору:

— Петр Борисович, не могу лекарственные препараты нейтрализовать. Вы не сможете помочь?

Уверен, у Майнина есть способ быстро и безболезненно решить этот вопрос. Но тот отрицательно покачал головой и заявил:

— Двое суток она будет в таком состоянии. Может чуть меньше, ее источник работает хорошо и как только посчитает, что хозяйке пора вставать, то от лекарств избавится.

— И нет никакого противоядия? — удивился я.

— С собой не взял, — развел тот руками и добавил: — Да и есть ли смысл рисковать? Зачем давать такую большую нагрузку? Пусть Настя отдыхает.

На этом и сошлись, Майнин попросил моего разрешения приходить к девочке и контролировать ее выздоровление. Ребенок-то пока остается в снятой мной квартире, транспортировать спящую беспробудным сном девочку не стали. Да еще и оказалось, что Глафира со своей племянницей живут на окраине столицы.