— Прошу, — после чего полицейский предложил мне пройти в этот куб.

— Он что, с нами полетит? — сразу занервничал торговец.

— Нет, с тобой, — ответил ему полицейский.

— Что значит со мной?

— Это значит на соседнем кресле.

Полицейский показал в кресло, напротив. Я пошёл, но меня совершенно случайно повело, и я наступил торговцу на ногу. После чего сел в достаточно удобное кресло.

— А-А-А, — завопил он, — убивают!

— Заткнись, а то сейчас добавлю, — ответил ему полицейский и нажал кнопку.

На меня сверху опустилась металлическая конструкция, которая так же, как и торговца, прижала к креслу. К моему удивлению, следом завели и пристегнули Ори.

— Ори, тебя-то за что?

— Не знаю, — задумчиво ответил он.

Ну, а дальше последовало совсем непонятное. В куб зашёл лейтенант.

— Лейтенант, меня-то понятно, но тебя за что?

— Заткнись! — и он попытался выйти наружу.

Выйти у него не получилось, и полицейские ему ответили, что по инструкции им запрещено садить кого-то второго на их гравициклы. Пришлось ему возвращаться в кресло. Его так же пристегнули, как и нас. Полицейские после этого покинули куб, входные двери сразу стали закрываться и куб взлетел. У потолка находилось узкое окно, прикрытое решёткой. Думал через него рассмотреть город, но, к сожалению, через окно было видно только голубое небо. Лейтенант сидел рядом, и у него на лице отражалась целая гамма чувств.

— Лейтенант, не переживай ты так. Считай, что изучаешь изнутри жизнь преступного мира. Сейчас мы вместе в камере посидим и друзьями станем. Ты не расстраивайся, я тебя в камере в обиду не дам. Если что, можешь всем смело говорить, что со мной.

— Заткнись или я тебя…

— Не нервничай так, лейтенант. Сейчас ты такой же заключённый, как и мы.

Видимо, мои слова про заключённого его сильно задели, он попытался вырваться из удерживающей в кресле штуки, но у него ничего не получалось. Закончилось всё тем, что из удерживающей его штуки вылетел заряд и вырубил лейтенанта.

— Что это было? — спросил у Ори.

— Успокаивающий разряд.

— Надолго его вырубило?

— Не знаю.

— Ну что, промокашка, теперь мы остались одни, — обратился я к торгашу. Торгаш сразу испуганно вжался в кресло.

— Учти, он всё записывает, — сказал Ори.

— А ничего такого и не сказал. Как думаешь, далеко нам ещё лететь?

— Думаю, недалеко.

— Жаль.

— Промокашка, тебе сегодня везёт.

Ори оказался прав. Вскоре этот куб пошёл на посадку и приземлился около небоскрёба. Мы так и сидели, пока в куб не зашёл полицейский, что нас пристёгивал. Первым он освободил лейтенанта и удивлённо спросил:

— Чего это с ним?