Хорошо, остановимся, передохнём, разведаю обстановку, попрошу Ивана купить карт и перерисовать мне — видать, подсознание всё-таки пыталось достучаться до разума, но безуспешно.

Въезжаем, пустынно… что, согласитесь, странно. За нашими спинами с грохотом падает решётка ворот, а из всех щелей лезут китаёзы с наставленным на нас оружием, приехали, называется.

— Стоп! — кричит кто-то из китайцев, коней едущих впереди Миларены и Бахтирена берут под уздцы.

Паладин в раздражении хватает меч, замах, удар. Его тут же стаскивают с лошади. Мила бьёт по игрокам магией, её тоже хватают. Моё «Не-е-ет!» запоздало. Напарников развели на агрессию в пределах населённого пункта, им светит либо тюрьма, либо выкуп. Но так как они не могут взаимодействовать с той частью меню, что предназначена для игроков, будут сидеть, пока не слезет краснота. Вот только ангелы и архангелы, будто стервятники, раньше подтянутся.

Их быстро уводят с моих глаз, а мне не дают ни проехать, ни даже слезть с лошади, окружив забором из острых предметов, видимо, надеясь, что и я сорвусь. Но нет, сорвусь я чуть позже, дракон уже летит сюда, вот тогда и посмотрим, кто круче выкручен. А пока сама благожелательность:

— Что вам надо?

— Тлинасатий, ти осена многа задоложал насему калана! — по знаку одного из начальников мне позволили спуститься.

— Когда успел? — не понял его намёков, или они из бывшей этой, как её, «Пурпурной лозы», что я выкинул из баронства Имелон?

— Ти убил тлёх насих воинов на колабле, заблал осень ценый свитки магия, помнись такое?

— О-о-о, когда это было?

— Када-никада, а плосенты накопилиися! Тута мы видели, что ти тепель в игле зивёсь, плидётся делиться весчами, пока ми ангелаф не посвали.

«Вот…уки косоглазые» — шантажировать решили. Где Драко, устрою вам тут Варфоломеевскую ночь посреди бела дня! А пока потянем время:

— Хорошо, я хочу убедиться, что с моими друзьями всё в порядке. Потом о другом говорить будем.

— Ладно, посли, — после короткого совещания между собой махнули мне рукой.

— Вот они, в полядке, твоего длюга один лаз убить плислось, на стлазников кидался, — мою особу проводили в городскую тюрьму, дали глянуть на живых друзей.

От сердца отлегло, бессмертие они получили, не надо очень сильно за них переживать. Заодно выяснил, где именно они находятся, теперь вас, дорогие китайские товарищи, ничто не спасёт!

Потянули наверх, не терпится «сладости» получить. Заходим в какое-то помещение. Я стараюсь тянуть время.

— Тлинасатий, телеполт мы заклыли, не убезись. И твои длюзья за деньги из тюльмы не выйдут, не надеяся. Так что, выкладывая весчи, не тяни.