* * *

Я стоял на перроне в ожидании прибытия поезда, на котором должны приехать мои учителя. А позади находились десять орденцев, готовых помочь донести коробки до особняка Раскольникова, а потом и до городского КПП.

Весь вечер я не находил себе места, а последние три часа телефон Тимофея Сергеевича и вовсе не отвечал. А я то и дело боролся с желанием бросить всех людей в этом городе и мчаться спасать сестру.

Сложный выбор… Очень сложный…

Вдруг зазвонил телефон, и я тут же взял трубку, даже не смотря на номер абонента.

— Алло.

— Лёш, я жива, — я узнал голос Светы.

И на душе сразу отлегло. Фух… Она жива.

— Как ты?

— Вся в грязи, — брезгливым тоном ответила сестра.

Так на неё похоже, хах. Чуть жизни не лишилась, а в первую очередь думает лишь о гигиене.

— Меня Тимофей Сергеевич спас, — добавила сестра.

Света не знала, но эта фраза значила многое. Как минимум то, что Тимофей Сергеевич закрыл все долги перед нашей семьёй, в первую очередь для себя самого.

— Можешь дать ему трубку? — попросил я.

На том конце раздалось шуршание, и через минуту мне ответил Тимофей Сергеевич:

— Алексей Дмитриевич, прошу прощения, только увидел ваши пропущенные вызовы.

— Ничего.

— Понимаю, вы переживали за сестру, я просто не мог ответить.

— Проехали, не нужно оправданий, — попросил я.

— А, хорошо. Тогда докладываю: Светлана Дмитриевна найдена живой и невредимой, а всех окружающих её регатов мы уничтожили. Вернее, сейчас добиваем оставшихся. Разбежались по лесу, гады!

Всех всё равно не найдут. Прятаться эти огромные твари хорошо умели.

— Спасибо, что быстро среагировали.

— Это же моя работа, князь.

— Да. И теперь вы можете спокойно уйти на пенсию. Я помню про своё обещание.

На том конце воцарилась тишина. Будто Тимофей Сергеевич был ошарашен этой новостью.

— Алексей Дмитриевич, я не готов уйти прямо сейчас, — тихо ответил он.

— Не подумайте, что я вас выгоняю. Вы можете работать, сколько захотите. Просто знайте, что теперь у вас нет долгов перед нашей семьёй.

Я повторил это, поскольку местные дворянские традиции очень давили на людей.

— Благодарю вас, князь. И буду рад послужить вашей семье ещё немного. Возвращаю трубку Светлане Дмитриевне.

По голосу безопасника было слышно, что он тронут. Надо бы ему премию выписать.

— Лёш! — из раздумий меня вырвал голос сестры.

— А?

— Я уверена, что эти регаты не хотели меня убивать. У них было столько возможностей.

— Они бы отнесли тебя к Пожирателю душ.

— Но зачем?

— Очевидно же, так он хочет выманить меня. Так что будь предельно осторожна. Я бы посоветовал тебе из дома вовсе не выходить.