— Нет, — строгим тоном ответил Илья. — Предпочитаю смотреть в лицо противнику.

— Вот вечно ты со своими старыми устоями. Тебя что, во дворце вырастили?

У Ильи дёрнулся глаз, но ответа не последовало. Вместо этого чёрный конь съел белую пешку.

— Ходи.

— Надо подумать, — сказал Гаврила, опираясь подбородком на руку.

— Думать надо не только в шахматах.

— Да ладно? Ты мне теперь до конца жизни будешь этот случай вспоминать?

— Нет, до тех пор, пока не поумнеешь.

— Поумнел. В следующий раз подсыплю ему яда.

— Вот говорю же. Как родился дураком, так им и остался! — сказал Илья, и ферзь съел коня противника.

— А ты, как не умел подбирать выражения, так и продолжаешь. Завязывай, если хочешь влиться в приличное общество, — сказал Гаврила, и белый ферзь съел чёрного слона.

— Сдалось мне ваше приличное общество.

Чёрная ладья встала рядом с белым ферзём.

— Ага. Так же, как мне сдалось уничтожить Алмазова. Полиция до сих пор ищет возможную жертву, — ответил Громов, уводя ферзя на две клетки назад. — Столько взяток мои предки ещё никогда не давали. Теперь придётся всё лето отрабатывать в магазине отца.

— Хах, приобщишься к жизни простолюдина. Будешь, как те парни, которых сам и нанял.

— Не, я ещё не готов убивать за бабки.

Белая пешка уничтожила пешку противника.

— Ты готов убивать просто из мести. Не понимаешь, что это надо делать тонко. А лучше, не убивать сильных, а держать возле себя.

— Предлагаешь мне с ним подружиться? — усмехнулся Гаврила.

— Да. Помоги ему. Привяжи к себе. И получишь самого верного человека.

— От денег он отказался.

— Значит, плохо предлагал.

— Верных людей у меня и без него полно.

Белая пешка съела коня.

— Да, но никто из них не согласился на убийство, из-за чего тебе пришлось нанимать отморозков.

Слон нейтрализовал наглую пешку, что слишком близко подошла к краю доски.

— Ты намекаешь…

Илья перебил друга:

— Что парень совсем не прост. Чтобы добиться такого уровня мастерства, каким он владеет, бойцов учат с детства. И он прекрасно просчитывает твои планы, так что попытаешься ещё раз убить, ляжешь сам. Шах.

Ферзь встал напротив белого короля. Отступать было некуда.

— А что потом? — спросил Гаврила, делая рандомный ход, просто чтобы протянуть игру подольше.

— Я уже сказал. Получишь верного человека, — ответил Илья, дожимая короля противника.

— Пожалуй, откажусь, — сказал Гаврила, осознавая поражение.

— Тогда я сделаю это сам. Ещё партию?

— Давай. А тебе-то оно зачем?

Гаврила, как проигравшая сторона, принялся расставлять фигуры на шахматной доске.

— Ты так ничего и не понял, — шумно выдохнул Илья. — Он убийца, я сразу это раскусил. Узнаю, по чью душу его отправили и нейтрализую сам.