— Возьмите, пожалуйста, другую ручку, не надо мной писать, — попросила мёртвая шпионка.

Услышав это, куратор порылся по карманам и нашёл ещё одну ручку.

— Вы пока начинайте записывать показания, а я выйду переговорить, — сказал он.

Я кивнул и спросил у подопечных:

— Кто первый?

Первой вызвалась бабка. Хотя, ничего удивительного. Уж очень ей не терпелось во всех подробностях рассказать о любовных похождениях директора школы. Настолько подробно, что я еле успевал за ней записывать.

— Да он какой-то озабоченный, — сделал я вывод, когда Лариса Дмитриевна перестала говорить.

— Так я о чём говорила? С пятью женщинами за один час! Это же уму непостижимо.

— М-да. Кто следующий?

Далее я выслушал и записал подробные отчёты остальных призраков. Пока судить было рано, но как по мне — они справились на ура!

— Всем пятёрки с плюсом! Молодцы! — похвалил я их.

А через пару минут и Иван Фёдорович вернулся. И вид у него был крайне довольный.

— В больничной столовой сегодня пирожные выдают бесплатно? — с иронией предположил я.

— Нет, но я только что отправил комиссию по приёму видящих к Третьякову. Если слова призрака подтвердятся, у меня будет хорошая премия.

— У нас, — поправил я.

— Да, у нас, — неохотно согласился он. — Всё записал?

— А как же! Во всех подробностях, — ответил я, возвращая блокнот и ручку.

— Ого! Да на ваши шпионские дела я на блокноты разорюсь, — усмехнулся куратор, листая исписанный блокнот, в котором осталась всего пара чистых листов.

Да, писал я очень быстро. Правда, только потом подумал, что можно было повторять слова призраков на диктофон. В следующий раз так и сделаю.

— В следующий раз пусть ваш друг писаря присылает, — усмехнулся я. — Или диктофон.

— Хорошая идея. Это я про диктофон, данные с которого будут автоматически шифроваться и передаваться на сервер министерства.

— Ага, так когда ждать ответ от вашего друга?

— Думаю, завтра он уже начнёт проверять полученные данные. Позвоню вам, как будет точная информация.

— Спасибо. Так что в столовой нет пирожных?

Иван Фёдорович намёк понял и сходил за пирожными с чаем. Моё подростковое тело постоянно требовало сладкого. А ещё взгляд постоянно падал на пышные формы молодых медсестёр. М-да, у кого-то гормоны шалят.

Надо бы найти себе подругу, чтобы не отвлекаться на всякие пошлые мысли, что поневоле лезут ко мне в голову.

Призраки с завистью на нас смотрели, когда мы ели пирожные. Я уже привык к подобным взглядам от Макара, а вот куратору было неловко. Он даже попросил их вернуться в свои предметы, чтоб глаза не мозолили.

Однако его слушать никто не собирался, поэтому три пары глаз посмотрели на меня в поисках поддержки. И не нашли её. Поскольку я повторил просьбу куратора раствориться. Но обещал им ночью дораму включить.