Но моя улыбка быстро померкла, лишь стоило вспомнить всё, произошедшее накануне. Дева Заступница, как же он зол! Даже при первой встрече на площади перед захваченным дворцом он смотрел на меня не настолько сурово.
Простит ли? Позволит ли мне объяснить? Теперь я готова рассказать ему всё, что знаю. Признаться во всём. Но станет ли он слушать?
С тихим шорохом открылась дверь, и в комнату вошёл Анмар. Сегодня на нём была только белая рубашка и брюки, а волосы оказались разлохмачены со сна.
Увидев, что я не сплю, он остановился и долго рассматривал моё лицо.
— Доброе утро, — проговорила, сев на постели.
Меня кто-то переодел в ночную сорочку, которая оказалась намного больше, чем требовалось. Её ткань так и норовила сползти с плеча.
— Доброе, — бросил в ответ Анмар. В его глазах стояли боль и горечь обиды. Он ничего не собирался забывать или прощать.
— Мар… — начала, собираясь с мыслями. — Я очень виновата. Но не могла поступить иначе. Мне нужно было встретиться с братом.
— Встретилась. Довольна? — холодно спросил он, расстёгивая рубашку и отбрасывая её в сторону.
— Нет, — ответила честно. — Клянусь, я хотела сразу вернуться к тебе.
— Зачем? Добить?
— Мар! — я сжала кулаки и хотела подняться с кровати, но он подошёл сам. — Ты действительно думаешь, что я могу причинить тебе вред?
— Ты дважды это доказала.
— Я не помню! Не помню ничего, что было между нами в прошлом. Вообще! Но иногда вижу сны о нас. Они хоть немного проясняют ситуацию.
Он вдруг перехватил меня за талию и развернул к себе спиной.
— А как наливала зелье в вино тоже не помнишь? — спросил, собирая на бёдрах ткань моей сорочки.
— Это было просто снотворное!
— А если бы там оказался яд? — с горькой усмешкой спросил он. — Ты ведь не разбираешься в таких вещах.
— Мне поклялись, что ты просто уснёшь.
Его руки сдвинули ткань сорочки до самой талии, а потом Мар и вовсе стянул её с меня, оставив полностью обнажённой. Я хотела повернуться к нему лицом, но он не позволил, удержав на месте.
— Люди врут, Рена, — тихо проговорил он, нежно скользя ладонями по моему животу, касаясь груди. — А вокруг, если ты не заметила, война. И меня могли убить твоими руками. Но теперь не смогут. Магия не позволит.
И вдруг приказал:
— Обопрись руками о кровать.
Сам же поставил меня на колени, а его пальцы скользнули между моих ног, накрыв лоно.
Только в этот момент я окончательно сообразила, что он намерен сделать. Попыталась вывернуться, вырваться, но он не дал.
— Мар, не надо.
— Ты пообещала, что не скажешь мне «нет», — язвительно напомнил он. — Или снова обманула? Значит, твоё слово совсем ничего не стоит?