Мне дико хотелось большего. Опустить Эниремию на подушки, покрыть поцелуями шейку, ключицы, стянуть с неё сорочку, покатать на языке горошинку соска. И моя хаити явно была не против, но я не собирался сегодня переходить черту. Это было бы слишком неправильно, а я и так совершил немало ошибок.
Заставив себя прервать этот умопомрачительный поцелуй, погладил Мию по гладкой щеке и снова легко коснулся губами губ. Всего на мгновение. А потом отстранился.
— Сейчас глубокая ночь, а утром у тебя занятия. Нужно спать, — сказал, видя непонимание в родных глазах.
И вдруг её взгляд будто потух. Она отвернулась, попыталась выбраться из моих объятий, но я не отпустил.
— Зачем целовал? — спросила с грустной отстранённостью. Но о страшном сне-воспоминании, кажется, забыла.
— Не смог сдержаться, — ответил честно.
— Но больше не целуешь.
— Потому что не хочу пользоваться твоей слабостью, — признался, проведя пальцами по её спутавшимся волосам. — Ты сейчас ещё не в себе. А я хочу, чтобы между нами всё было честно и открыто. — И снова поймав её взгляд, добавил: — Ты нужна мне, Мия. Вся, а не только тело. Мне нужна твоя душа, твой смех, твои мысли и чувства. Мне нужна твоя любовь.
— Зачем тебе любовь хаити? — в её голосе звучала горечь. — Чтобы потом жениться на другой?
— Если я и женюсь, то только на одной девушке. На тебе, Эниремия. Но сейчас не время говорить об этом. Ложись.
Отпустил её из объятий и откинул край одеяла.
Она не стала спорить. Кажется, мои слова произвели на неё впечатление. Покорно легла на подушку, но закрывать глаза не спешила. Будто боялась, что лишь стоит уснуть, и её снова затянет в пучину кошмаров прошлого.
— Позволишь остаться с тобой? — спросил я. — Буду охранять твой сон.
— Позволю, — она согласилась не раздумывая. Словно сама хотела об этом попросить, но не решалась.
Я лёг рядом, опустил ладонь на её живот поверх сорочки и прижал ближе к себе. Ощущать её рядом было безумно приятно. Правильно. Привычно. Я многое отдал бы, чтобы каждую ночь засыпать вот так. С ней.
— Как ты узнал, что мне приснился кошмар? — прозвучал в тишине комнаты её голос.
— Связь, — ответил, с наслаждением вдохнув запах волос. — Я видел то, что видела ты. Твой сон. И теперь знаю, что именно случилось.
Эниремия в одно мгновение напряглась, дыхание сбилось, она даже попыталась отодвинуться, но я лишь крепче прижал её к себе.
— Спи, Мия. А о твоём сне поговорим в другой раз.
— Не нужно называть меня этим именем.
— Ты моя Мия, — сказал твёрдо. — В тебе многое изменилось, но ты всё равно осталась собой. И сейчас, когда больше не прячешься, я это вижу. Случившееся с нами многое разрушило, но не смогло изменить главное.