Дерек аж зубами заскрипел.
«Барракуды».
Марк.
Брат, который обернулся врагом… как же он Марка ненавидел! За Ирму! За доверчивую нежную девочку, которую погубил негодяй! Убил бы своими руками… до сих пор жену помнит, ее громадные глаза, нежную улыбку, легкие пушистые волосы…
И ее, и ребенка, и будущего — всего лишил Дерека Марк Стоун.
Было, за что ненавидеть! Только вот расквитаться до сих пор не удавалось… может, теперь получится?
Если Марк идет в Шагрен?
Дерек похлопал моряка по плечу, и плеснул ему еще вина.
— Это ты хорошие сведения принес. А еще что есть?
— Еще?
— Когда пойдут, какие корабли, сколько людей…
И золотая монета мягко ложится рядом с кубком. И глаза у моряка становятся жёлтыми, словно в них появляется отблеск этой монеты.
— Так эта… узнать-то можно.
Вторая монета ложится рядом с первой.
— Узнаешь?
— Как не узнать, капитан? Все сведаю, да вам и расскажу, прибегу!
— Вот и хорошо. А за мной награда не забудется. Ты монеты забери, да и иди домой, успеешь еще покутить…
Начнешь сейчас деньгами сорить, еще прирежут тебя, а ты мне пока живым нужен. Пока не разузнаешь, что потребно. Так что…
Дерек кивнул двум своим людям, приказывая проводить моряка, и вернулся за стол. Шлюха подползла поближе, коснулась колена капитана.
А чего ж не попробовать?
Клиент из щедрых, платит не скупясь, да и так знает, как женщину порадовать. Опять же, собой хорош… если не знать, что пират, так за эрра принять можно.
Волосы черные, глаза черные, кожа смуглая, обветренная, но красавчик! Лицо — хоть сейчас медали чеканить! И руки такие, сильные, мускулистые, как обнимет, к себе прижмет, так и задохнешься от радости… Дерек даже и не заметил проститутку.
Сейчас он думал о другом.
О брате, который его предал.
О мести.
О женщине, которой уже давно нет, но которая должна быть отомщена.
О жизни, которая может еще измениться, о, она может! Но для этого ему надо оплатить старые долги, и закрыть счет. Говорите, две «барракуды»? Он и с двумя справится, и с пятью, но они же увертливые, они же удирать будут…
Надо бы подстраховаться, чтобы перехватить Марка, если тот решит уйти!
Дерек бросил на стол монету, и встал, к огромному разочарованию трактирной девки. Но мужчине было не до нее. Да и какие девки, когда все всколыхнулось внутри, залило черной горькой желчью?
Ирма, его Ирма, его белая лилия…
И его ребенок…
За что⁈
Наверное, это он и хотел спросить у Марка перед смертью. За что ты так со мной поступил, брат? За что⁈
Нет ответа. И только тихо-тихо шумит рядом море…
Если бы кто-то увидел Дерека Черного этой ночью, точно бы своим глазам не поверил. А то и в храм помчался.