Танец — искра, танец — приглашение, танец — обещание… недаром же его запрещали! И склоненная голова мужчины, и запрокинутая назад голова женщины, и лиловые шелка одежд, которые провокационно скользят вокруг его ног, обвиваются, и улыбка, и сплетенные руки… ничего особенного?

Или…?

Иоанн наливался багровой краской. Потом махнул рукой, и музыка оборвалась. Мария рассмеялась, разорвала объятия с партнером и сделала несколько танцевальных па к Иоанну. Она вообще была счастлива от музыки, почти пьяна от танца. Только тот, кто долгое время болел — и излечился, смог бы понять ее сейчас.

Старое тело, одышка, возраст — и вдруг она снова молода, снова красива, и летит в вальсе… почему-то сейчас это ощущалось особенно остро.

Словно экзотическая лиловая птица прокружилась по полу — и склонилась в низком реверансе перед королем. Последнее, правда, произошло инстинктивно. Надо же как-то завершить танец, а поклон — это не совсем то, вот глубокий реверанс…

— Мой король…

И голос, мягкий, теплый, рассеявшийся по залу…

Иоанн выдохнул.

Гнев прошел, и он посмотрел на склоненную перед ним темную голову.

— Поднимитесь, ваше величество.

Мария повиновалась.

— Простите мне эту маленькую вольность, ваше величество.

Она уже поняла, что король в гневе, но… сам хотел? Сам и нарвался! Чего теперь ядом-то плеваться? Но лицо он не потерял, и то дело…

— Прощу, — согласился Иоанн. — Но танец этот почти неприличный. Его только с законным мужем танцевать можно.

Мария развела руками.

— Если пожелаете, ваше величество.

Иоанн величественно кивнул.

Пожелает, конечно. Такой танец…

— Как это называется?

— Вальс, ваше величество. Это называется вальс.

— Ранее вы о нем не говорили, дорогая супруга.

Мария развела руками, лукаво улыбнулась.

— Вы правы, ваше величество, этот танец достаточно соблазнителен. И я считала, что королеве это не пристало. А сейчас… сейчас — можно.

Заодно супруг вспомнит, что они почти в разводе. А то ишь ты! Чувство собственника проснулось? Усыплять пора. Вместе с хозяином.

Глава 10

Поздно вечером, даже скорее ночью, его величество изволил выпивать вместе с шутом.

— Эх, Рене. Вот что это такое?

— Вино. Вроде даже и неплохое, — шут посмотрел в кубок, пожал плечами. — А чего? Вам, ваше величество, муху подсунули? Или вовсе белое вино?

— Да я не о том, — отмахнулся его величество. — Вот как так бывает? Я ж с Марией двадцать лет вместе, а она…. Она никогда так не делала!

— Не танцевала?

— И это, ага… почему она раньше так не делала?

Колючка фыркнул.

— Потому что раньше все было в порядке?

Теперь заржал и его величество. Шуточку про мальчика, который молчал до шести лет, тоже запустила в народ ее величество.