Глава 1.
Лес вокруг. Птички поют, солнечные лучи пробиваются через листву. Незнакомый лес. Ни елок, ни берез. Другие какие-то деревья. "Да… не ботаник я ни разу", — подумалось ему. Не ботаник. А кто?
Он моргнул, и перед глазами поплыли пятна. Они стали четче и оформились в интерфейс. Это почему-то успокаивало. Словно ходить по лесу с интерфейсом было для него привычным делом.
Жизнь, мана, опыт… стандартный набор. Значит он в игре. Его настоящее тело лежит в уютной капсуле, в безопасности. Непонятно только, что это за игра, и как он в ней очутился. И как из неё выйти, тоже не мешало бы узнать.
Инвентарь пуст. На карте зеленая точка размещалась в самом центре полностью темного пространства. Характеристики — все по единице. Нуб. Нубяра.
Раздел квестов он открыл последним. На удивление, там оказалось активное задание. Первым и единственным пунктом значилось: УБЕЙ АННУ.
* * *
… никто нас не услышит и никто нам не поможет, я дурак если считаю, что другим не все равно…
Нарвался. Нарочно обходил двор с другой стороны и все равно нарвался. Свист я услышал даже через наушники.
— Эй, Дрон! Стопэ!!!
Вот они в полном составе. Кислый и его друганы. Впятером сидят на двух лавках, которые притащили от подъездов и поставили специально лицом к лицу. Ноги на сиденье, задницы на спинках. Тянут пиво из пластиковой баклахи. Та почти пустая. Ой как скверно.
Бежать — тупо. Хотя при раскладе пять на одного — это самое правильное. Но не привык я бегать. Да и куда? Живу я тут. Не завтра встречусь, так послезавтра. Поэтому просто останавливаюсь, и жду пока подойдут.
Пацаны шустро спрыгивают с лавок и подтягиваются ко мне. Обступают со всех сторон.
— Здорова Дрон! — Кислый пытается приобнять меня, обхватив локтем за шею, но я этот маневр уже знаю, и просто отхожу на шаг назад.
Ненавижу своё имя. Ненавижу за то, что его можно превратить и в Дрюху, и в Дрюню, и в Дрона. И Кислого ненавижу, хотя мы были когда-то одноклассниками. Я пошел в десятый, а он в учагу, где и собрал вокруг себя окрестных дебилов-переростков. Их побаивались даже взрослые дяди, а местные алкаши именовали Кислого уважительно Виктором Сергеичем, и разве что не кланялись при встрече.
— Здорова Вить, — игнорирую прозвище, и это вызывает у шпаны бурный восторг.
— Деньги есть?
— А ты ничё не попутал? — охреневаю я. Знал, что разговор сведется к деньгам, но Кислый повел себя чересчур прямолинейно даже для себя.
Кулак сжимается сам собой. Двинуть сейчас по борзой роже пару раз, рассадить её в кровавые брызги. И насрать потом на отбитые ребра. Белый день кругом, авось не запинают.