А во-во вторых, когда знаешь человека лет с трех, со времен песочницы и походов на речку его ноги уже ни с кем другим не спутаешь.

Жив, мелькнула первая мысль. Если бы пауки его доконали, тело уже рассыпалось бы в пыль. Еще по первому заходу я помнил, что паучки хотя и мерзкие и кусачие, но урона наносят немного.

— Аа-а-а! — заорал я для поднятия боевого духа и подбежал к шевелящейся куче.

Треснул паука по выпуклой спине панциря. На ней осталась длинная зарубка, но тварь даже не почувствовала моих усилий. Не пробил?! Вот тебе и первый уровень! А я надеялся теперь мобов буду валить пачками.

— Андрюха?! — глухо донеслось из под шевелящейся массы.

— Держись! Сейчас мы тебя спасем! — подбодрил я его, хотя сам такой уверенности не испытывал.

Баммс! Подоспела Настя. С деревянной жердью она чувствовала себя куда решительнее, чем с приличным оружием. А может дело в том, что дубина длинная, и ей можно действовать на расстоянии. Не так противно.

Бисквитик с размаху треснула паука и отбросила его в сторону. Тот полежал, привстал неуверенно на подкашивающихся лапках и пополз в сторону.

Я решил сменить тактику. Прицелившись стал подрубать паучьи ножки у самого основания. Дело пошло лучше, но все равно медленно. Пока я обезноживал одного паука, Настя успела отбросить четырех.

— Андрюха, десять процентов осталось! — в голосе друга звучала паника.

Что же делать?! Я закинул непослушный меч в инвентарь, и стал просто отшвыривать пауков, хватая их за лапы. Очень быстро наловчился. Паучки летали как гранаты на уроках ОБЖ. Пару раз я даже переусердствовал.

— Слышь казззел! Ты чё швыряешься?!

— Аааай! Уберите от меня эту гадость!

— Аллё аккуратнее!

Игроки по соседству возмущались, кричали, добивали пауков, или наоборот убегали от них. Один даже собирался пойти разбираться, но наш с Бисквитиком серьезный вид его переубедил.

Расчистив, наконец, приятеля мы встали возле него в круговую оборону. Пауки старались закончить начатое, а может уже надкусили Симбу, и он пришелся им по вкусу. Но по одиночке они были нам не страшны.

Я наловчился подрубать у тварей передние лапки, а когда они утыкались хитиновой мордой в мостовую, вбивать меч в щель между головой и грудью. Это засчитывалось как крит, и пауки дохли с гарантией.

Настя поступала проще, она метелила гадов своим дрыном, пока те не испускали дух, подбадривая себя громким визгом. В этот раз толку от неё было гораздо больше. Вот что значит правильный настрой!

Симба с трудом встал на четвереньки, потом сел.

— Сколько у тебя осталось?! — крикнул я, не прекращая шинковать пауков.