— Не знаю, что Мастер в вас во всех находит, но в людях он не ошибается. Так что слушай. — Звягин откинулся в кресле и чуть прищурился подбирая слова. — Сначала это был полигон. Военные взялись за Виртуальную Реальность еще тридцать лет назад. В Союзе вообще серьезные возможности были только у военных. Вся наука работала на них. Тренажеры для лётчиков… для танкистов.

Потом взялись за солдат. За очень особых солдат. За спецназ. Для них отрисовали и джунгли, и города, и пустыни. Вояки особенно просили Вашингтон, так для них и его сделали, — Звягин усмехнулся, — Они повоевали и сказали, "херня". Как думаешь, почему?

— Боты? — предположил я.

Мне стало интересно, да и Звягин заговорив свободно и сев на любимого конька уже не вызывал отвращения. Я понял, что он не намного старше меня, лет двадцать пять, не больше и бородкой вместе с очками пытается нагнать себе солидность. Клетчатая рубаха, майка с принтом, с которой выглядывал Барт Симпсон. На рубахе след от кетчупа. Очень-очень умный распиздяй.

Марине сильно не повезло, если она со Звягиным в контрах. Такие обычно злопамятны. Да и с этим разговором она обломалась. Секретность!

— Именно! — обрадовался Звягин. В его глазах мелькнуло что-то похожее на заинтересованность, — Соображаешь! Боты слишком предсказуемы. В систему закладывали и характеристики оружия, и тактики разных подразделений и спецслужб, и все равно спецура щелкала их как семечки.

— А без ботов? Друг против друга? — заинтересовался задачей я.

— Тоже не то. Их всех учили в одной учебке, по одним методичкам одни и те же тренеры. В одной и той же ситуации они действуют ОДИНАКОВО. Правильно, рационально. Они не попрут против пистолета с ножом, они просчитывают варианты и выбирают тот, у которого больше вероятность успеха. А в жизни против них может быть моджахед со взрывчаткой, а может нацик с тесаком, или школьник затеявший Колумбайн. Сегодня он обдолбался амфетаминами, а завтра под анашой. — Звягин не выдержал и стукнул ладонью по столу, — вот тогда папа и предложил им нейросеть.

Он так запросто сказал "папа". Не "профессор Звягин", не "отец"… папа. Я вдруг понял, что это дело для него очень личное. Повисла пауза, и я понял что сейчас есть возможность задать вопрос, на который мне ответят честно. Но только что спросить? Что прояснит ситуацию и даст мне преимущество?

— Что такое нейросеть?

— Я думал, все это знают, — буркнул Звягин, в его глазах я снова показал дебилом.

— Не то, что говорят в рекламе, — уточнил я, — что это такое на самом деле?