— Степан Петрович у себя? Один?

Аспирантка Эллочка дважды кивнула и с любопытством уставилась на Марину. Та тоже смерила её взглядом. Оставив их любоваться друг другом я, проскользнул в кабинет.

— Северьянов! — обрадовался декан. — Каким ветром в наши края?

— Деньги принес, Степан Петрович. — Я выложил перед ним конверт, который после конвертации в рубли стал намного более пухлым. — Наличкой можно же? Тут ровно тридцать тысяч. Долг, чтобы академ открыть.

Декан заволновался.

— Ты случайно никого не ограбил, Северьянов?

— Нет конечно, — я сделал честные глаза, — заработал. Повезло просто.

— Ну-ну, — покачал головой декан.

Он резко встал, прихватил мой конверт и вышел в приемную.

— Элла заприходуй деньги и срочно подготовь бумаги на академ, — услышал я.

Декан вернулся в кабинет, плотно прикрыл дверь, сел за стол и обратился ко мне почему-то почти шёпотом.

— Это что, невеста твоя там сидит?

— Нннет, — обалдел я, — коллега.

— Знаю я таких "коллег", — глаза декана сердито блеснули, — не спешил бы ты, Андрюша. У тебя голова светлая. А эта — не твоего поля ягода, обтрясет тебя как липку, у меня на людей глаз наметанный.

— Не переживайте, Степан Петрович, — мне стало смешно, — это не то, что вы подумали.

— Ну-ну, — снова повторил декан, — завтра приходи, документы подпишешь. — и он опять прощаясь пожал мне руку.

— Всё? Поехали, — Марина оторвалась от игры на мобильнике, поправила юбку и быстрым шагом направилась на выход.

Я обернулся чтобы попрощаться с Эллочкой. Та вовсю улыбалась мне крутя в воздухе пальцами, сложенными в сердечки. Да что они, сговорились что ли?!

Разговор насчет Звягина опять не получился. Марина особо не напирала, да и ехать было всего-ничего. Вместо этого договорились с ней встретиться вечером, "отметить первую победу". У меня насчет этого появилась своя идея, которой я делиться с рекламщицей не спешил.

— Марина, можешь к подъезду не становиться? У нас там с балконов бросают… разное. Еще крышу тебе помнут.

— Конечно, — согласилась Марина. — Я тебе в шесть позвоню. И не вздумай соскакивать, моя мстя будет жестокой!

Я кивнул ей и выскочив из машины направился к подъезду. Насчет балконов я, конечно, выдумал. Если мама увидит на с Мариной, разговоров будет до вечера. Пятьдесят тысяч в кармане куртки грели душу. Вот сейчас у меня будет возможность доказать маме, что игры — это не баловство и не детские забавы.

— Какие люди без охраны! Дрон! — наперерез мне шагнул Кислый.

Его гоп-компания подтягивалась, окружая меня со всех сторон, пять человек… шесть… семь…