Марина везет меня не в обычный травмпункт, а в какой-то частный медицинский центр. Там разворачивает бурную деятельность. Не смотря на мои протесты, меня запихивают в томограф, чтобы убедиться, что нет сотрясения. Потом сразу трое врачей осматривают мою макушку, решая, надо её зашивать, или хватит и пластыря.

Сначала я пытаюсь спорить, но потом в меня впихивают какие-то таблетки, и мне становится тепло и спокойно. Все происходящее вокруг кажется забавным кино.

Марина тем временем разворачивает бурную деятельность. Она непрерывно говорит по телефону с кем-то, включая мою маму.

— Надежда Витальевна, Вы не волнуйтесь. Андрюша на работе со стремянки упал, лампочку вкручивал, все в порядке сотрясения нету… Да…да я с ним в поликлинике…привезем домой, не переживайте…

— Откуда у тебя мамин номер? — спрашиваю я.

— Это у тебя, — поясняет она. — Она тебе звонила, а я трубку взяла. Надо же ей что-то сказать, когда ты с такой фигней домой вернешься? Вот я за тебя всё придумала.

— Спасибо.

Я правда ей благодарен. Мама у меня человек впечатлительный. Одно дело, если я приду домой с пачкой денег, и совсем другое, если с деньгами и перевязанной башкой. Точно решит что я в бандиты подался. И главное не переубедишь ничем. А у Марины сейчас такой кредит доверия в маминых глазах, что даже такая дурацкая история прокатывает.

Потом приезжает мужик в строгом костюме. Я узнаю в нем того типа, который не стал драться с Мастером в вестибюле. Он представляется, хотя имя я тут же забываю, и суёт мне визитку "на случай проблем".

Проблемы будут, тут даже к бабушке не ходи. Кислый мне этот так не спустит. Для него это вопрос престижа. Но эти проблемы я буду решать по мере поступления.

Домой меня отвозят на квадратном черном "Юконе". Здоровенный, словно ПАЗик, он едва втискивается в наш двор. До квартиры меня провожают два бойца в черных куртках секьюрити, и я окончательно чувствую себя Джеймсом Бондом. Обалдевшая от их вида мама даже не лезет с вопросами, и я проскальзываю в свою комнату и наконец проваливаюсь в сон, даже не сняв одежду.

…Я не успокоюсь, пока не кину маме бэнкролл… прямо на стол, сука, прямо на стол…

Песня вкручивается в мозг, пока я не понимаю, что уже проснулся. Телефон орет на зарядке над ухом. На часах восемь вечера. Незнакомый номер. Кому я нахер понадобился?!

— Андрей привет! — мурлычет в трубке Марина, — Как ты себя чувствуешь? Я что-то волноваться стала, и вот решила позвонить.

Твою мать! Вот у кого всё есть, и телефоны и адреса. Хочу ответить что-нибудь резкое, но понимаю, что полностью проснулся. А еще, что зверски хочу есть.