Было непонятно, насколько далеко уходит тоннель, а Мэй Линь не любила тратить зря ни время, ни нервы. Она быстро пролезла в проход, погасила факел и попутно сожгла несколько паутин, чтобы немного очистить путь. Оставив только один источник света, она вернулась к Мужун Цзинхэ и вкратце описала обстановку.
При виде девушки, с ног до головы покрытой пылью, Цзинхэ не сдержал смеха. Но, поймав на себе ее пытливый взгляд, поспешил вернуться к сути:
– Возможно, его построили позже. Возможно, каменный лабиринт и этот тоннель никак не связаны.
Однако на этот раз в его голосе не было привычной уверенности.
«Неужели каменный лес – это дело рук человека?!» – одновременно подумали они, но тут же отказались от подобных мыслей. Мужун Цзинхэ не помнил, чтобы в летописях упоминались столь масштабные конструкции, а Мэй Линь больше беспокоило, что в этом проходе можно только ползти – в полный рост не пройдешь, да и тележка туда не поместится.
Придется тащить Мужун Цзинхэ, еду и воду на себе, а еще не забывать о факеле.
Для любого человека это почти невыполнимая задача.
Глава 10
Единственное, что радовало Мэй Линь, – за последние дни ее раны наконец стали заживать. Если бы не это, тащить на себе Мужун Цзинхэ было бы смерти подобно. А ведь у нее была и другая поклажа.
Сказать по правде, волочиться ползком в любом случае было бы мучительно тяжело, даже будь она совершенно здорова.
– Для чего же был проложен этот проход? – пробормотала Мэй Линь, припав к земле и глядя на факел, воткнутый ею в трещину где-то впереди. Казалось, добираться до него предстоит еще целую вечность.
Девушка хотела поработать над бамбуковой тележкой, чтобы та стала поуже, но стоило взяться за нож, и она одним случайным взмахом разрезала веревки из лиан. Тележка рассыпалась – и рассыпалась безвозвратно. Теперь оставалось лишь одно: сперва Мэй Линь относила вперед факел и поклажу, заодно убирая с пути паутину и разгоняя насекомых, а затем возвращалась за Мужун Цзинхэ. И так – раз за разом, снова и снова.
Несмотря на поврежденные меридианы, принц совсем не похудел и при своем высоком росте и крепких мышцах весил поистине непомерно. Если бы он мог стоять на своих двоих, Мэй Линь, возможно, сумела бы его поднять и перенести, но тащить его за собой или на спине было сущим наказанием. Девушка еле-еле протискивалась вперед. Уставала до изнеможения не только она – самому Мужун Цзинхэ тоже было несладко. Но никто не жаловался.
Услышав риторический вопрос Мэй Линь, принц, лежавший у нее на спине, тоже невольно посмотрел вперед. За светом факела по-прежнему клубилась непроглядная тьма, словно коридор тянулся бесконечно. Низкий потолок, беспросветный мрак – все вокруг будто давило на них. В таком месте легко сойти с ума. Хорошо, что они есть друг у друга.