В конце концов, в какой-то определённый момент, Коби просто устал сопротивляться. Смысл? Его всё равно убьют. Так зачем продлевать агонию? Не лучше ли будет просто словить кинжал, и больше не мучаться? Приняв решение, Коби, когда прозвучало слово "голова", остался безвольно висеть на месте в ожидании своей скорой смерти… которая так и не пришла.

— Готов! — радостно сообщил всем Шляпа.

В следующую секунду мальчик понял, что он падает. Рухнув ногами прямо на сложенные пирамидкой поленья, Коби упал лицом в песок, да так и остался лежать. После всего произошедшего, у мальчика совершенно не осталось сил, как духовных, так и физических. Затем его перевернули на спину, и Коби увидел над собой улыбающееся лицо "Королевы".

— Теперь ты знаешь, что бывает с нехорошими маленькими мальчиками, решившими стать пиратами, — произнесла она, разрезая кинжалом веревки на его руках. — И если в будущем мы снова найдем тебя среди пиратов, то на повторное милосердие можешь не рассчитывать.

Коби почувствовал, как в его груди зарождается совершенно несвойственный ему гнев. Пират? Они думали, что он пират?! Он никогда не будет пиратом!!!

— Я… я не… я не пират! — несмотря на весь свой гнев, мальчик чувствовал себя настолько истощенным, что только под конец фразы он смог придать сил своему голосу.

— Не пират? — скептически приподняла бровь "Королева". — Тогда что же ты делал среди пиратов? — насмешливо спросила девушка.

Где-то неподалёку от себя Коби услышал, как Шляпа произносит тост:

— За интенсивную психотерапию! Да будет она прославленна в веках! Кампай!

— Кампай! — дружно ответили ему ещё три довольных голоса, после чего послышался характерный звук, издаваемый при чоканье стеклянных бутылок. Проведя два года с пиратами, которые, большую часть своего свободного времени, только и делали, что беспробудно пили, мальчик слышал этот звук десятки тысяч раз. И теперь он мог узнать его где угодно, и в каких угодно обстоятельствах.

— Я… я два года был в плену у пиратов… я не пират… я ненавижу пиратов.

Стоящие неподалеку от мальчика парни дружно выплюнули на землю всё, что только что успели набрать в рот, после чего ошеломлённо вытаращились на Коби. В свою очередь, Нами, стоящая на коленях возле мальчика, в шоке прикрыла рот рукой.

— Эй-эй, пацан! — услышал Коби голос Шляпы. — В каком это смысле, ты не пират? Ненавидишь пиратов? В плену? О чем это ты вообще говоришь?

Коби ответил. И откуда только силы взялись? Однако, сама мысль о том, что его приравнивают к так ненавидимым им пиратам, казалось мальчику невыносимой. Вероятнее всего, именно это и придавало ему сил: