— Про Потоп я понял. А что дальше? Нам-то что делать, как быть?

— Ну, денек-другой в Сумрак лучше не шастать, энто точно! Взболтает он Силу, перемешает, перераспределит — а там уж прорехи сами собой затянутся.

Довольный дед, хоть и хмурил брови, на мир смотрел счастливыми глазами. Посапывал у него на руках крошечный человечек Данилка, светлело небо, шипел ветерок в кронах вековых кедров. Жизнь продолжалась.

— Федор Кузьмич, а как же теперь вы? — помедлив, задал Угорь трудный вопрос.

— Ты про «Светлый Клин», что ли? — беззаботно откликнулся участковый. — Ну, тут всего два варианта, верно? — Он подмигнул спящему Данилке. — Либо отберут право на него, либо восстановят. А я покамест с семьей побуду.

Состроив нарочито постную мину, оперативник поинтересовался:

— Снова предлагать вам вступить в Дозор, я так понимаю, бесполезно?

Денисов задрал голову, полюбовался тускнеющими звездами и собирающимися на севере облачками, вдохнул всей грудью, шумно выдохнул, пошевелил раздумчиво бровями.

— Эх, жисть! Вона она какая! Ты, Евгений Юрьич, предложи. А там поглядим.

* * *

Когда совсем рассвело, из тайги осторожно выбрался Егор Романов. Кажется, пронесло. Кажется, удалось выжить. Едва началась катавасия, он успел улизнуть и увести лошадей. Теперь все разошлись, разбежались, все стихло. Правда, неподалеку обнаружилось село, которого накануне, кажется, не было. Но Егор не особо удивился — годы жизни в таборе, славящемся своими колдуньями, научили его спокойно принимать любые, даже самые невероятные события и явления. Построили за ночь деревню — замечательно! Честь вам и хвала.

Кибитка, как ни странно, была цела и невредима. Слыша отголоски бушевавших здесь страстей, Егор уже и не надеялся найти хотя бы ее обломки. И упряжь на месте, и вещи не растащили. Правда, почему-то вымокло все до нитки.

Нужно сперва напоить лошадей, умыться самому, а потом можно будет снарядить повозку и отправиться на поиски жены. Где она обреталась этой ночью, где находилась сейчас — цыган не ведал, но точно знал, что, как и прежде, кибитка сама вывезет к тому месту, где будет ждать Лиля.

В обход спустившись с яра, он подвел лошадей к кромке воды. Берег и дно были так перелопачены, словно ночью здесь прошел целый табун, да не коней, а каких-нибудь слонов. Задумавшись о том, пасутся ли слоны табунами, Егор зачерпнул воду, плеснул в лицо и вдруг напрягся. Рядом был чужой. Цыган ощутил его запах, услышал слабое дыхание. Не поднимаясь с корточек, он искоса глянул влево и назад. Так и есть! Прямо под обрывом, на крохотной полоске песка у самой реки, лежал нагой светловолосый мальчишка. То ли избили его, то ли с кручи сорвался — все тело было в здоровенных синяках и кровоточащих ранах. Если нет одежды — скорее, первый вариант: обобрали, избили и скинули в реку, а до воды-то он не долетел.