— И по какому пути меня бы направила сила богини похоти? По пути личной шлюхи старого жреца? — Виктория сложила руки на груди.

— Скоро узнаешь. Ты ведь пришла ко мне, чтобы заключить контракт, не так ли? — ответил голос из темноты.

— Я пришла, потому что этого потребовал Ильдир. Честно сказать, я не слишком заинтересована.

— Как печально. Ты недооцениваешь меня, потому что в Верданте я известна как «богиня похоти и извращений» и не вхожу в так называемую «великую семёрку». Воистину, лягушка в колодце ничего не знает об океане.

— Хочешь сказать, что ты из тех, чьё влияние в Верданте искусственно ограничено? — Вика вспомнила кое-что из того, что рассказывал ей падший бог.

— О, так кое-что ты всё же знаешь, будущая ходящая-за-гранью! — похоже, Нэш была довольна, — Да, именно так. Нам,древним, запрещено полностью проникать в молодые миры, принадлежащие молодым богам.

У Виктории по спине пробежали мурашки. «Древняя». Если верить Нэтто, то боги никогда не врут смертным напрямую. Ещё одно из их правил. Фразу же Нэш можно истолковать только одним образом…

— Тётя, не бейте меня, пожалуйста. Я не знала, — тихо произнесла жрица.

Из темноты раздался громогласный хохот, от которого блондинку бросило в мелкую дрожь. Теперь всё вставало на свои места: и то, почему вместо обычного разговора девушку сразу перенесло в персональное пространство богини, и то, почему это пространство не слишком похоже на обитель «богини похоти», и то почему Нэш предстала в виде голоса в непроглядной тьме, и то почему Виктория не ощущала толком божественного присутствия…

«Великая семёрка» Верданта, не смотря на доминирующее положение в своём мире, состояла из молодых богов, по сути своей зелёных новичков, находившихся внизу глобальной божественной иерархии. Вердант в метафоре про лягушку был колодцем. Древние же боги были обитателями океана. Самыми страшными, огромными и могущественными существами в нём. И Вика сейчас разговаривала с одним из них. Выделываться перед той же Арису жрица считала допустимым на своём нынешнем уровне развития, но наезд на древних был чем-то совершенно самоубийственным, даже по мнению Виктории (от чьей манеры общаться с богами у любого адекватного смертного случилась бы истерика).

— Не бойся, я гораздо добрее и щедрее чем молодёжь из Верданта.Честное слово , — промурлыкала Нэш.

— Значит, бить не будете?

— Нет. Я хочу предложить тебе сыграть в игру. Учти, что если откажешься, то тебя ждёт наказание от Ильдира… и от того авантюриста, приставленного к тебе Арису.

— И что за игра? — удивилась Вика.