И вновь коридоры, лестничные переходы, слабоосвещённые залы и перекрёстки. Под конец нашего почти забега я отчётливо осознал, что проголодался, а завтрак, судя по всему, мне не светит. Урчание живота подтвердило мои мысли. Что ж, надеюсь, у Александра предусмотрен и этот момент. Отправляться в путь голодным — прийти к месту ослабевшим, а это плохо.

— Успели. — будничным тоном произнёс старший воин, открывая очередную дверь. — Выходим, матэ.

Мы с ко’таном вышли на улицу, а Хельга осталась внутри. Как я понял, она сегодня была дежурной, поэтому нам по пути и не встретился ни один караульный. Зато сейчас, едва оказавшись снаружи, мы почти врезались в спины орденцев, вставших вдоль стены с двух сторон. Похоже вся крепость собралась поглазеть на изгнанника.

— Матэ, держись за мной. — шепотом приказал Александр, и двинулся вправо. Я уже сориентировался, где мы находимся — почти у ворот, ведущих за внешнюю стену. А вон и отряд первогодков жмётся к стене, и рядом возвышается фигура Харда. Напротив них расположились совсем юные парни и девушки — скорее всего ученики.

— Ведут! Ведут! — зашелестело по рядам. Мы успели встать в подобие строя в самый последний момент, когда наступила звенящая тишина. Казалось, все затаили дыхание...

Несколько ударов сердца, и до меня донёсся звук шагов. По улице двигались трое, или четверо, не больше. Скосив глаза вглубь крепости, увидел, как два старших воина ведут под руки Витера. Тот хоть и переставлял ноги самостоятельно, но выглядел так, словно был присмерти. И всё это действие проходило молча, пока троица не остановилась у ворот.

— Изгнанник Витар. — произнёс один из ко’танов. — С этого момента тебе запрещено посещение всех объектов ордена, в том числе посёлков простаков и стоянок. Отныне, если попытаешься нарушить данное ограничение, будешь убит. Уходи.

Опустив голову, бывший тан шаркающей походкой двинулся вперёд. Миновав ворота, он так и пошёл вперёд по улице, вскоре скрывшись из виду. Изгнание было завершено.

— Первогодки, за мной. — отдал приказ Хард и, подмигнув мне, двинулся вглубь крепости. Я собрался было последовать за ним, но Александр остановил меня:

— Алексис, тебе туда не надо. Пошли в загон для игунов, заберёшь своего красавца.

Местное подобие конюшни оказалось большим строением, с односкатной крышей. Звери могли покинуть своё место в любой момент — широкий дверной проём не имел дверей. Разумеется, Ирис сразу увидел меня и, громко зашипев, поспешил навстречу. Глядя на приближающегося ящера, я усмехнулся про себя — вот оно, единственное существо в этом мире, которое искренне радо мне. Хотя, есть же ещё Рилл. Интересно, где он сейчас.