Само собой в эту ночь нам больше не удалось поспать. Наемники оттащили мертвых разбойников подальше в лес и бросили там. Стали готовить завтрак. Про схватку почти не говорили, как-будто ее и не было. Стали обсуждать дальнейший маршрут, предполагали, сколько дней еще будем двигаться. Даже Грета, быстро успокоилась. Ну да, в нищем квартале пострашнее было, да и насмотрелась она на калеченных. Не вызывали у нее теперь убитые какого-то душевного трепета. Взрослеет девушка.

Едва стало светать, как наш караван снова двинулся в путь. До самой деревни Греты не произошло никаких неприятностей. Нужно признать, что двигались мы намного быстрее, чем с имперскими солдатами наемники оказались правы. Солдаты останавливались еще до темноты, выбрав подходящее место, а мы когда уже темнело. Ужинали всегда при звездах. Меня это нисколько не утомляло, мог в фургоне отоспаться, а наемники, видно, были к подобному привычны.

В деревню въехали вечером, командир принял решение, остановится на ночлег в ней, впервые с начала путешествия. Грета прилагала большие усилия, чтобы не выскочить с фургона и не отправиться бегом к своему дому. Деревенские жители немного встревожились от незваных гостей, видно было, как многие из них выглядывали со своих дворов, чтобы понять, стоит ли брать ноги в руки и бежать в лес, прятаться. Вид прибывших наемников мало кого радовал. Слухи о них ходили разные.

Девушка выскочила из повозки и стала барабанить руками в дверь маленького домика. Да, жила она гораздо хуже чем мы. Старый, небольшой домик с соломенной крышей, забора нет, как и ворот, небольшой огород и все. Окна закрыты ставнями, видно стекол нет. Открыли девушке не сразу, видно пытались понять, кто к ним ломится в дверь.

— Вам что нужно? — Наконец, раздался из-за двери вопрос.

— Мама, открывай, это я, — ответила девушка.

За дверью что-то упало, послышалось какая-то возня, и вскоре девочка была в объятьях своей мамы. У их ног крутилась еще одна девочка, лет шести. Интересно, про сестру Грета не рассказывала, насколько я помню, она была единственным ребенком в семье. Вскоре мать и дочь успокоились. Я стоял у фургона и наблюдал эту сцену, как и наемники. Впрочем, двое ушли выяснять, где живет староста, чтобы узнать, где тут можно расположиться на ночлег. Было видно, что гостиницы тут нет, деревня стояла у небольшой речушки, а дальше дороги не было.

Девушка подскочила ко мне и, схватив за руку, потащила к своей маме.

— Вот, знакомьтесь, — прощебетала она. — Мама это Стэн, мой друг. Мы с ним даже в школе в соседних комнатах живем. Он маг третий ступени, за один год достиг, вторым из всех. Первой была какая-то графиня. Только он универсал, а она нет. Стэн — это моя мама, зовут Лика, она лучшая швея во всей округе.