— Да помню я все. И уж тем более, не собираюсь, кому — либо дать себя убить, мне моя жизнь дорога. Кстати, что-то я в караване не вижу своих будущих соучеников. А ты говорила, что солдаты собирают будущих учеников со всех селений.

— Это потому что наша деревня находится почти у самой границе, еще успеешь познакомиться с будущими соучениками.

— Так и предполагал! — Произнес я.

— Спасибо тебя за обучение! — Улыбнулся я и обнял старушку, чем изрядно удивил ее. — Когда стану великим магом и дворянином, буду вспоминать тебя добрым словом.

— Иди к родителям болтун! — Улыбнулась старушка и шлепнула меня ладонью по заднице. — Скоро выдвигаться будете.

Как будто услышав ее слова, ко мне подошел один из воинов и велел прощаться с родными. Я обнял рыдающую маму, отца и поцеловал сестренку в щеку. Ко мне подскочил всегда неунывающий друг, Лен. Он тоже обнял меня, пожелал легкой дороги. Памятуя, что долгие проводы — лишние слезы, я залез в фургон, в котором мне предстояло ехать целый месяц.

Вскоре деревня осталась позади. Ехал я в средневековом автобусе. Это был большой фургон с полупрозрачными окнами. В нем было целых шестнадцать посадочных мест, прям маршрутка целая. Запряжено это средневековое средство передвижения было в четырех мощных лошадей. Учитывая, что солдатам, которые нас охраняли или являлись нашим конвоем, приходилось ночевать под дождем, я устроился очень хорошо. Хотя и трясло в фургоне безбожно. Зато дождь не попадал, а учитывая время года, под ливень мы попадем не единожды.

Двигался караван неспешно. Хоть и моросил мелкий дождь, дороги не раскисли, по причине того, что ездили по ним очень редко. В первую ночь мы остановились в деревне, в которой жил Фальк. Он удивился, узнав, что я принял силу. Сотник, старший в караване, разрешил мне переночевать у знакомых. Так что удалось поспать на мягкой кровати. Только поспать мне удалось всего пару часов, потому что всю ночь разговаривал с семьей Фалька. Им все было интересно: как я принял силу, что чувствовал. Я даже показал им свое умение в лечении, жена Фалька немного приболела, и я ее вылечил, чем заслужил уважительный взгляд бывшего воина. Утром мне вручили узелок с едой, несмотря на все мои протесты и уверения, что у меня еды в достатке, да и кормят в пути.

Мамины пироги были приговорены на первой же остановке, я съел их с воинами, поэтому пропасть им не грозило. Когда дождя не было, я пересаживался в телегу и разговаривал со своим сопровождением. Большинство из воинов, участвовали во многих битвах. Чтобы скоротать время, они рассказывали о прошедших боях, о разных интересных случаях из своей жизни.