— Ты уверена? — тихо спросил я у неё, буквально прошептав на ухо, — В прошлый раз ты тоже говорила, что вроде пришли, и чуть не зашла в комнату, а оказалось, что там живёт тот мерзкий тип. Как там его? Мнишек? Мришек?

— Мишек… — шёпотом выдохнула она, поёжившись от моего дыхания, попадавшего на её прелестную шейку, — Сама не понимаю, как я так ошиблась? Перепутала его розовую пижаму, валяющуюся на кровати, с моим платьем. Но откуда я могла знать, что у мужчины, даже такого странного, как он, окажется такая необычная пижама? Но теперь я точно уверена. Видно плохо, конечно, но мне удалось разглядеть мои платья, которые я на кровать бросила. Таких больше ни у кого нет. Ну всё, я пошла, — тут она повернулась ко мне, и прильнула губами к моим.

— Надеюсь, ты не заставишь и дальше девушку самой приходить к тебе и всё же впредь будешь сам навещать меня? — хрипло произнесла она, чуть отдышавшись после долгого поцелуя, загадочно блестя в полумраке глазами.

— Не заставлю, — чуть слышно ответил я, и уже сам поцеловал её. Что уж теперь… Чему быть, того не миновать. Не знаю, что получится из нашей с ней связи, это только время покажет. Мы попрощались, она нажала на выступавший из стены камень, и её часть еле слышно проскрежетав отодвинулась в сторону. Интересно, что тут за механизм такой? Что-то мне подсказывало, что без магии тут не обошлось, но опять же, это получается, что тут требовалась мана для его работы, если это так. Хотя у императора, наверное, проблем с ней быть не должно…

Я медленно брёл по коридору назад, старясь думать о всякой ерунде, чтобы не думать о произошедшем. Сейчас, когда страсть отступила, в душе начала просыпаться совесть и шептать мне что-то про Юлию, но я гнал все мысли прочь. Глупо жалеть о том, что уже произошло. Этого уже не исправить, так чего переживать зря? Только накручивать себя впустую. Да и что греха таить, понравилась мне она. Не могу сказать, что влюбился, но… Мне было с ней хорошо. Она оказалась очень страстной и чувственной девушкой. И, к моему огромному удивлению, опытной. Я по своей наивности предполагал, что, учитывая то, как здесь приглядывают за девушками, те должны, что называется блюсти себя до свадьбы, как у нас в средние века, вывешивая после брачной ночи простыню, с доказательством её непорочности, но Эльза оказалась уже не девственницей. Меня-то это слабо волновало, просто удивляло. Это рушило у меня в голове сложившуюся картинку о местных порядках. В голове не укладывалось, как это воспринимали мужья-дворяне. Впрочем, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Просто я ещё, видимо, многого не знаю о местных порядках.