— Значит, тебе не на чем спать? — игриво спросила она.

«Нет, мля! Тут кровать с балдахином!» — подумал про себя, а вслух сказал совершенно другое.

— Да, забыли выдать, наверное.

— Может быть, кто же знает… И неизвестно когда теперь вспомнят.

— Вы мне как-то поможете? — изобразил я плачущий голос.

— Ооо, ещё как помогу! — рассмеялась охранница. — Смотри, я дам тебе небольшую работу. От ее выполнения зависит все остальное.

— Какую работу? — спросил я, хотя понимал что почем.

— Не пыльную, — напрягаясь, протянула женщина. — Но слегка влажную…

Тут я услышал шорох одежды. Охранница спустила штаны с трусами и прислонилась животом к окошку в двери. Несмотря на то, что я был в гареме, стало немного волнительно. Слишком силен контраст с нашим миром! У нас женщину надо уламывать часа два, если она не совсем ещё пьяная…

А тут бабы тычут свои пельмени, где попадя, так ещё чувствуют себя сверхлюдьми. В любом случае, это неплохо. Хуже если б было наоборот.

— О боже, что это за разврат… — отойдя от шока, простонал я, при этом театрально взялся за голову, будто падаю в обморок.

Надсмотрщица это не видела, но артист должен выкладываться по полной или как-то так.

— Ворота в рай, мой цыпленок! — сказала дамочка и демонстративно потерла створки этих «ворот». — Ты знаешь, что делать, лизун! Поработай языком, пока нас не спалили.

Я застыл на месте, выдержав паузу. Плевать на зоновскую культуру вместе с понятиями «настоящего пацана». Потому такие ласки для меня были в норме. Но лизать у потной, дерзкой охранницы было как-то не очень.

Тогда я решился на хитрость, применив смекалку, как при ремонте стареньких Жигулей.

— Эй, красавчик, что медлим?! — раздражённо рявкнула дамочка.

«Вот же падла! С другим наложником базарила не так грубо. Что за неравенство среди рабов?!»

Но я не поддался гневу, а стал на колени, разглядывая, так сказать, лепестки.

— Язычок, говоришь, нужен мой? — промямлил себе под нос, ощущая сильное возбуждение. — Сегодня у нас в меню только пальчики.

— Что ты там кудахчешь, цыпок? — спросила вдруг дамочка.

— Ничего! Стой смирно, а то не получится… Сейчас гайку на восемь закрутим.

Охранница только хмыкнула. А я, послюнявив пальцы, принялся совершать движения, как будто кручу гайку где-нибудь под капотом, до которой хрен доберешься. Она вроде и не затянута, но достать ее можно лишь кончиками пальцев.

Бывает, гайка забивается пылью, и ее надо смазать. Но с этим тут проблем не было. Мои «жигулевые приемчики» оказались для дамы в новинку. Она слегка пискнула и отстранилась.

— Ты что там творишь?! Кто тебя научил? — растерянно ахнула женщина.